Это показалось мне странным, потому что уж кто-кто, а муж моей любовницы посвящен во все секреты своего начальника. Самуэль Кушинг посмотрел на меня с интересом, но не враждебно. Скорее, с легкой опаской, как шавка на овчарку. Может, мне так показалось из-за того, что смахивает на побитую собаку. Наверное, ему настучали, благодаря кому обзавелся рогами, но то ли не поверил, то ли ему пофиг, то ли я недооцениваю его умение управлять своими чувствами. Уильям Макнахтен тоже с интересом отследил наш обмен взглядами.
— Чарльз Уоллес очень хорошо отзывается о тебе, — начал Уильям Макнахтен с похвалы. — Я с ним согласен. Давно не читал такой толковый отчет. Действительно, складывается впечатление, будто видел это сам.
— Старался, как мог, оправдать доверие и деньги, которые мне обещали, — изобразил я жадного янки.
Британцы жуткие скупердяи и, если находят такой же грех у других народов, начинают относиться к ним лучше.
— Что ж, с заданием ты справился. Завтра, раньше времени, получишь причитавшиеся тебе пятьсот фунтов и еще сотню за прекрасный отчет. Ты их заслужил, — пообещал главный секретарь и продолжил: — Я приказал сделать несколько копий.
— Там ждут не дождутся ее прибытия, — проинформировал я, будто не знал, что ему написали об этом.
— Раньше не получится. Управлять ветрами мы еще не научились, — огорченно молвил Уильям Макнахтен.
Представляю, сколько бед натворили бы британцы, если бы научились управлять ветрами.
— Других заданий у меня для тебя пока нет, а отказываться от твоих услуг не хочется. Ты хорошо знаешь китайские воды и их язык, так что мог бы стать лоцманом и заодно переводчиком на флагманском корабле нашей эскадры. Как смотришь на это? — спросил он
— Я бы справился с обеими ролями, но и лоцманам, и переводчикам платят мало и относятся к ним с пренебрежением, — сказал я.