Глава 22
Palina – Бродский
…из наших вод выпрастывая бровь,
пишу о том, что холодеет кровь,
что плотность боли площадь мозжечка
переросла. Что память из зрачка
не выколоть. Что боль, заткнувши рот,
на внутренние органы орет.
12 минут 40 секунд. Ника подобралась.
– Всех по местам и успокоить. Привязать, если понадобится, – крикнула она Маше, а та по цепочке Игорю.
И вот теперь начался настоящий хаос. Пассажиры хором поддались панике, и девушка не винила их. У самой руки дрожали, но она держалась, держалась, черпая силы из каких-то потаенных запасов на черный день.
Люди ругались, молились, перебивали друг друга. Их пугали цифры, горящие, обезоруживающие. Их пугали слова, льющиеся из динамиков, странные, жесткие, хоть и витиевато зарифмованные.
– Ника! – услышала она за спиной Алика.
Он расталкивал всех, продвигаясь к ней, но она вывернулась, как змея, из его цепких рук.
Орлова колотила пальцами по панели управления, пыталась отключить аудиосистему, мониторы.
Не надо обо мне. Не надо ни о ком.
Заботься о себе, о всаднице матраца.
Я был не лишним ртом, но лишним языком,
подспудным грызуном словарного запаса.
Голос из колонок пробирал до мурашек, царапал ребра, внушал ужас. Но Ника держалась, не подпускала его ближе – к сердцу, к горлу. Нельзя было. Она выплачет все слезы потом.
11 минут 59 секунд.
Она позвонила в кабину пилотов.
– Вы пытались отключить систему развлечений? – спросила у командира, пересказав все.
– Бесполезно. Компьютер не реагирует. Кто-то очень постарался."
"– Да у меня только ребенок родился! – молодой второй пилот с психом выругался и ударил кулаком по форточке справа.
Ника вздрогнула от звука и закусила губу.
Не реветь!
– Отставить истерики! – не сказал, приказал Уваров, подтвердив, что не зря сидел за левым штурвалом. – Вероника, ищите! Мы на связи с саперами, фанатик Бродского нам не страшен. Эти цифры еще ничего не значат, нас просто хотят напугать. Действуйте.
11 минут 01 секунда.
Цифры продолжали свой бег. Время утекало сквозь пальцы.