В том числе и за притянутое за уши обвинение против меня и угрозы. Вряд ли получат сроки, но до пенсии теперь не дослужат. Они несколько раз приезжали, хотели договориться. Дагаров-старший приходил мириться, просил Матвея уговорить Лену забрать заявление, но еле ноги унес. Мне никого из них не было жалко. Перед Матвеем чувствовал свою вину. Нужно было сразу деду сказать, что эти уроды пытаются дело состряпать на ровном месте, не было бы последствий. Матвей в тот день, поругавшись с начальником следственного отдела, уволился из органов.
Все так завертелось, что не заметил, как зажили ладони, повязки с меня сняли. Лена вышла на работу. Я приезжал ее поддержать, купил огромный букет роз, но воробушек позвонила и попросила не вытаскивать его из машины. Откуда только догадалась, зачем я выдвинулся с утра пораньше в город? Я ведь сказал, что меня следователь вызывает.
— И почему это я не могу подарить своей девушке цветы? — встретил Лену у калитки, когда она вышла из школы.
Такая красивая, сексуальная, что все внутри переворачивается. Стильный костюм, прямая юбка чуть ниже колен, туфли на тонкой шпильке, очки в тонкой оправе, я даже не знал, что она их носит.
— Вадим, я не хочу рождать зависть среди коллег. Тут половина учителей – незамужние старые девы, — тихо произнесла Лена, оборачиваясь, чтобы никто не слышал."
"— Это значит, и поцеловать тебя нельзя?
— Тише, — простонала она.
— Лен, я тут дом присмотрел недалеко от центра. Давай купим, ты ко мне переедешь? Тем более, руки у меня зажили…
*****
Лена
Ничего мне не мешало переехать к Вадиму, кроме моей бабушки, которая, словно чувствуя мое желание жить с парнем, постоянно стала упоминать о том, что съезжаться нужно только после свадьбы. И как назло, Матвей был с ней солидарен.