Благодаря аудиокнигам и функции озвучки я редко читала по Брайлю, но получать такие записочки от Дэймона буду безумно рада.
Который час? Мы уснули очень поздно. Если он еще не вернулся, значит, сейчас было раннее утро. Он вообще спал когда-нибудь?
Мой сотовый зазвонил. Я потянулась к тумбочке в надежде услышать Дэймона.
– Алло? – ответила я, сев в постели и придерживая простынь на груди.
– Уинтер? – выпалил Этан. – Что происходит?
Я оцепенела, моя улыбка погасла. Зачем он звонил?
Вообще-то мне хотелось побеседовать с ним по поводу тех фотографий, только я пока была не в настроении.
– Сейчас не могу говорить. Я перезвоню тебе позже.
– Почему в Сети опубликованы фото с тобой? – рявкнул парень, перебив меня. – С ним и тобой.
– О чем ты?
– На «Вечере воспоминаний»! – заорал Этан. – Там есть видео, где вы целуетесь! Люди фотографировали! Он тебя принудил?
Что? Фотографии… Я не…
И тут я вспомнила, как мы с Уиллом танцевали, затем Дэймон подошел ко мне сзади, и мы начали…
Наблюдатели окружали нас со всех сторон.
Мои плечи поникли.
Уинтер Эшби отправила Дэймона Торренса в тюрьму за изнасилование, а достигнув совершеннолетия, залезла к нему в койку. На сей раз набралось немало доказательств, что она сделала это по собственной воле.
– Как я могла так сглупить? – пробормотала я.
На глазах у всех.
Но ведь это все равно случилось бы, верно? Город маленький. Народ рано или поздно узнал бы, что мы вместе. Учитывая наше прошлое, нам придется столкнуться с их реакциями.
– Что с тобой такое? – рявкнул парень, словно отчитывал нашкодившего ребенка. – Ты должна была знать, что окружающие смотрели! Ведь ты отправила его в тюрьму за изнасилование. Люди помнят об этом. А теперь целуешься с ним? Подобное поведение выставляет тебя…
Обманщицей. Да, я прекрасно понимала, в каком свете выставляли меня мои действия.
Порой я тосковала по временам, когда каждое событие не увековечивалось на видеозаписях и не транслировалось по всему миру. Конечно, это выглядело плохо.
Сейчас все, кто настаивал на невиновности Дэймона, будут довольно потирать руки.
– Он понимал, что делает, – продолжил Этан. – Как ты могла повестись на это? Почему позволила вообще притронуться к тебе? Или ты опять думала, что на его месте был кто-то другой?
В тоне парня отчетливо слышалось недоверие.
Опять.
– Некоторые поверили тебе в первый раз, но теперь… Ни один человек не купится на версию, будто он одурачил тебя дважды. Я знал, что он умен.