Хотя им обеим должно быть известно: это могло вызвать недовольство Дэймона и привести к неприятным последствиям, если бы он не сразу меня нашел.
– Полицейские, – продолжила я, – наверняка работающие на Гэбриэла Торренса, догнали нас и вернули обратно.
– Этан тебе помогал? – поинтересовалась мать тоном, явно означавшим, что она уже знала ответ.
Я кивнула.
– И если я хочу уберечь его от беды, ему лучше не помогать мне в следующий раз. Таково было предупреждение.
Послышался медленный вдох и тихий выдох. Мама старалась сохранить спокойствие, но мне надоело притворяться.
К тому же я наконец-то осознала, что никто не встанет на мою сторону.
– Я тебя ненавижу, – бросила я матери. Мой подбородок дрожал. – Уж лучше жить на помойке, чем рядом с ним!
Указав в сторону, откуда доносился голос сестры, я сказала:
– Мне понятно, почему на это согласилась она. Но ты должна защищать меня. Он меня изнасиловал!
– Он тебя не насиловал, – огрызнулась в ответ Арион, встав со стула.
Я покачала головой.
– Не его.
Дэймона я никогда не любила.
Это проклятое видео.
Слезы, которые мне не удалось сдержать, покатились по щекам. Чтобы не разрыдаться, я поджала губы."
"Видеозапись с нами слили в сеть. Дэймона отправили в тюрьму за статутное изнасилование [4], ведь ему было девятнадцать, а я еще не достигла совершеннолетия, однако почти все жители города поддержали его.
Дэймона единственного признали виновным в совершении преступления сексуального характера. В глазах обывателей приговор получился крайне несправедливым, потому что их баскетбольная звезда, их золотой мальчик всего лишь занялся сексом с девушкой по обоюдному согласию, просто она была на пару лет младше разрешенного для этого возраста.
Эй, в некоторых штатах шестнадцатилетние уже считаются достаточно взрослыми, разве нет?
Это формальность.
Что он вообще такого плохого сделал? Сколькие из нас занимались сексом в том же возрасте?
Не ломайте ему жизнь. Он же не причинил ей вреда.
Эй, девчонке, похоже, вполне понравилось.
От такого потока негатива было тошно.