Эй, ты знала, что вампир не может напиться? – Я покачала головой. – Изменение делает что-то такое с нашим метаболизмом. Даже подлеткам сложно напиться.
– Так вампиры напиваются кровью?
Он пожал плечами.
– Думаю, да. В любом случае пить кровь людей подлеткам запрещено.
– Так почему никто из учителей не догадался, чем занимается Афродита?
– Она не пьет человеческую кровь.
– Эм, Эрик, я там была. В вине точно была кровь, и она была того парня Эллиота. – Я поежилась. – Ужасный выбор.
– Но он не человек, – сказал Эрик.
– Стой. Запрещено пить человеческую кровь, – медленно сказала я. (Вот черт! Это то, что я только что сделала.) – Но нормально пить кровь другого подлетки?
– Только с их согласия.
– Это не логично."
"– Конечно же, логично. Для нас нормально испытывать жажду крови, пока наши тела проходят Изменение, так что нам нужен какой-то выход. Подлетки быстро вылечиваются, так что мало шансов, что кто-то пострадает. И никаких побочных эффектов нет, в отличие от случаев, когда вампир пьет кровь живого человека.
То, что он говорил, пробивалось в мою голову, как раздражающе громкая музыка, и я ухватилась за первое, о чем могла ясно думать.
– Живого человека? – пискнула я. – Прошу, скажи мне, что вампиры не пьют кровь трупов. – Меня снова начало подташнивать.
Он рассмеялся.
– Нет, я имел в виду кровь не вампирских доноров.
– Никогда о таком не слышала.
– Большинство людей не слышали. Ты узнаешь об этом только на пятом курсе.
А потом еще некоторые вещи, сказанные им, прорвались сквозь туман моего сбитого с толку разума.
– Что ты имел в виду под побочными эффектами?
– Мы только начали изучать это на вампирской социологии 312. Кажется, что когда взрослый вампир кормится кровью взрослого человека, то формируется сильная связь. Не всегда со стороны вампира, но люди подвергаются ей достаточно легко. Подумай: сама потеря крови – не хорошо. А потом добавь тот факт, что мы живем дольше людей на десятилетия, иногда столетия. Посмотри на это с точки зрения людей: было бы отстойно влюбиться в того, кто никогда не стареет, пока ты стареешь и покрываешься морщинами, а потом умираешь.
Я снова подумала о шокированном, но напряженном взгляде Хита, и поняла, что, как бы сложно ни было, мне нужно будет рассказать обо всем Неферет.
– Ага, это было бы отстойно, – тихо согласилась я.
– Вот мы и пришли.
Я удивилась, увидев, что мы остановились перед женским общежитием. Я взглянула на него.
– Ну, спасибо, что пошел за мной, – сказала я, криво улыбаясь.