Видимо, воздействие этой магии оказало слишком большое давление на нервную систему.
— Ох, да какой же из вас лекарь⁈ — в отчаянии бросил старик. — Всю руку мне изворотил, сволочь!
— От вопросов не уходите, Дергачёв! — прикрикнул на него Елин, а затем перевёл взгляд на своих стражников. — Найдите его людей. Задержите их. Из этого особняка он уже просто так не уедет. Я сейчас же напишу письмо своему князю. И вашему князю тоже, Николай Захарович. Ваша выходка могла развязать войну между губерниями. Что это за оружие? Чем вы пользовались?
— Да какую войну… — простонал он.
— Безвредный? — усмехнулся я. — Промывать людям мозги, по-вашему, это безвредно?
— Да он совсем ненадолго меняет сознание. Потом бы Иннокентий Сергеевич пришёл в себя и решил бы, что это было обычным наваждением. А вы всё испортили, Мечников! Сломали мой родовой артефакт…
Дергачёв разнылся как маленький ребёнок. Похоже, ему и самому не помешало бы отправиться в лечебницу для душевнобольных.
Но баронесса, конечно, заварила кашу, когда пригласила в свой дом этого болвана! Повезло ещё, что я вернулся вовремя. Если бы задержался в Пензе, готов поспорить, Анну бы уже увезли в Самарскую губернию.
— Спасибо, что помог, Алексей, — произнесла Анна и крепко меня обняла. — Мне пришлось наблюдать за тем, как вся моя семья сошла с ума сразу же после того, как он приехал к нам.
— Прости меня, Анна, — вздохнул Елин. — Я ничего не мог поделать. В голове возник голос. Казалось, будто это был голос моего же разума. Я и в самом деле думал, что поступаю так, потому что искренне этого желаю. И вы меня простите, Алексей Александрович. Не сомневайтесь, Дергачёву это с рук не сойдёт.
Странно. А почему же, интересно, на Анну Дергачёв никак повлиять не смог? Она — единственная, кто никак не отреагировал на воздействие его кристалла.
Иннокентий приказал закрыть барона в темнице.
Я помог Иннокентию Сергеевичу отвести остальных членов семьи по спальням, проверил их состояние и убедился, что больше Елиным ничего не угрожает.