— Сказочный идиот! Вы слышали, что он решил распустить охотников за некромантами? Всё! На сектантов теперь всем плевать. А городовые в одиночку с этой напастью не справятся.
— Разделяю ваше негодование, Роман Васильевич, — ответил я. — Но если вы хотите бороться с Лазаревым…
— Я не хочу бороться с ним, — перебил меня Кастрицын. — Я всю жизнь истреблял некромантов. И, похоже, слишком рано ушёл в отставку. Раз орден расформировал молодых охотников, значит, за дело возьмётся старый волк.
— Вы ведь понимаете, что действовать в одиночку слишком рискованно? — спросил я.
— Ха! — усмехнулся он. — Думаете, что я слишком стар для этого, господин Мечников? Тогда посмотрите, как я продвинулся в расследовании, пока орден лекарей благополучно наплевал на опасность, нависшую над нашим городом.
Кастрицын провёл меня в подвал, зажёг магическую лампу…
И тогда я увидел, что на холодном полу лежит человек.
— Я нашёл беглянку, Алексей Александрович. Помните её? Месяц назад, во время суда, сектанты унесли её в своё логово, — произнёс Кастрицын. — Видимо, ей удалось сбежать. Но далеко она не ушла. Тут же попала ко мне в руки.
В подвале Кастрицына лежала женщина, закованная в орихальконовые наручники.
Создательница клонов. Виктория Мансурова.
Глава 16
Узнать Викторию было очень трудно. Если бы я не почувствовал знакомую магическую ауру, которую вовсю блокировали орихальконовые кандалы, я бы сходу и не понял, что передо мной та самая коварная создательница клонов, с которой мне пришлось столкнуться несколько месяцев назад.
Выглядела Мансурова так, будто провела несколько лет в рабстве. От былого величия не осталось и следа. Кожа обтянула исхудавшее тело. Жира не осталось, а некогда крепкие мышцы превратились в сухие пучки."
"Виктория Мансурова когда-то была очень крепкой женщиной.
Но вся эта сила куда-то испарилась. Только взгляд остался тот же, что и прежде. Надменный, гневный. Тело сломили, а дух, судя по всему, нет.
Однако сейчас у меня больше вопросов к Кастрицыну, чем к Мансуровой.