Оба Синицыных удивлённо взглянули на меня.
— А… Да, это его идея, — закивал Илья.
Я понял, что нужно брать ситуацию в свои руки, поскольку Илья не остановится и продолжит подначивать своего брата на конфликт. В итоге это закончится тем, что нас в лучшем случае выгонят. В худшем — вызовут кого-то на дуэль.
— Не понял, — нахмурился Дмитрий Синицын. — Я что-то не расслышал твой титул.
— У меня его нет, — ответил я. — Это помешает мне встретиться с бароном?
— Однозначно, — отрезал Дмитрий.
— Странно, а мне говорили, что господин Синицын не стыдится общаться с простым народом.
— В таком случае озвучь его мне, — сказал он. — Я передам отцу.
— Об этом я могу сказать только ему лично. Это дело касается военной сферы. Разговор не для посторонних ушей, — прямо сказал я.
— Это ты меня назвал посторонним? — вновь разозлился Дмитрий и, кажется, захотел наброситься на меня.
Однако его прервал разнёсшийся по всей территории звук грома.
— А ну, быстро прекратили этот балаган! — проорал стоящий на балконе Андрей Константинович Синицын.
Я поднял взгляд и, к своему удивлению, обнаружил, что над нашими головами парит огромный камень идеальной шарообразной формы.
— Иначе я его случайно на вас уроню, — закончил свою фразу барон.
Геомант, значит. Кажется, так в этом мире зовут магов земли. Теперь я прекрасно понимаю, какую роль он мог играть на фронте.
Отец Ильи и Дмитрия оказался старее, чем я думал. Полностью седой, низкорослый, но очень крепкий мужчина лет семидесяти. Лекарских привычек не отнять, я сразу же заметил, что у старика нет левой руки, а глаз на той же стороне слеп из-за увечий, которым покрыта половина лица.
— Рад тебя видеть, отец! — неуверенно пропел Илья, глядя на камень над своей головой.
— Помолчи! — рявкнул он. — Ты меня не интересуешь. Мне больше хочется поболтать с твоим спутником. Вы что-то обронили про военную сферу, молодой человек?
— Так точно, господин Синицын, — кивнул я. — Есть дело, с которым можете помочь только вы. Я могу обеспечить военных очень полезным товаром.