— Здоровенный такой, весь покрыт гнойными наростами. В сознание не приходит, имя своё назвать не может. Мы определили, что он ваш родственник, только по документам, которые были у него в кармане.
Покрыт гнойными наростами⁈ Всего несколько часов назад Артур видел Кирилла в особняке Мансуровых, а теперь он лежит в губернском госпитале и даже не может прийти в сознание.
Ох и подозрительно всё это!
— Ведите меня! — воскликнул я. — Я сейчас его осмотрю.
Мы с Широковым бегом добрались до госпиталя. На этот раз я решил не следовать стандартным правилам приличия и даже проигнорировал главного лекаря Разумовского, шедшего к нам навстречу по центральному коридору.
Ничего, объясню ему своё поведение позже. Сейчас нужно осмотреть Кирилла. Пока что у меня только два варианта. Либо сюда подбросили другого человека и подложили ему документы моего брата, либо же Кирилл пострадал из-за действий местных Мансуровых.
Как ни крути, а его предали. Скорее всего, он сам попался на удочку саратовских интриг.
Я влетел в палату, где лежал Кирилл Мечников.
Это он. Нет никаких сомнений. Передо мной Кирилл, и судя по разгорячённой коже, у него уже началась лихорадка. Я даже градусник не стал искать. И так ясно, что температура приближается к сорока градусам.
Широков не преувеличивал. Лицо, грудь, руки и ноги Кирилла были обезображены. Весь покрыт фурункулами, карбункулами и другими разновидностями гнойных высыпаний.
— Это сепсис… — прошептал себе под нос я.
И развивается он ненормально быстро. Если ничего не предпринять, мой старший брат умрёт уже сегодня вечером.
Глава 22
Мой старший брат без сознания. Всё его тело покрыто гнойными высыпаниями, а в его крови, судя по всему, циркулируют патогенные бактерии. При этом менее чем через сутки я должен попасть в особняк Мансуровых, чтобы найти Викторию, которой, возможно, и вовсе не окажется в Саратове!
Я уже прикинул на крайний случай совсем отчаянный вариант.
Но в данный момент я должен разобраться, что происходит с Кириллом.