Мечников. Том 8. Луч надежды

— Алексей Александрович, — продолжил Тимофеев. — По какой-то причине Виктор Павлович Балашов отправил вам своё завещание.

Мы с Синицыным оторопели. Илья аж от удивления ударился коленями о стол, будто кто-то только что проверил неврологическим молоточком его сухожильные рефлексы.

— И в этом завещании говорится о том, что в случае своей смерти барон Балашов изъявляет желание передать вам свой титул барона вместе с принадлежащими ему землями, — подытожил, наконец, Тимофеев.

На секунду мне показалось, что у меня в голове что-то лопнуло.

Будто раздувшаяся аневризма не выдержала давления крови, взорвалась и залила весь головной мозг содержимым сосудов.

Такого предсказать было попросту невозможно. Я мог ожидать от Балашова чего угодно, но только не завещания, написанного в пользу меня самого.

— И как это понимать? — спросил я. — Вы уверены, что завещание не подделано? Документ на подлинность уже проверен?

— Проверен, господин Мечников, — кивнул Игнатов. — Именно поэтому я хочу узнать у вас, как так получилось, что сразу после смерти Балашова вы возвращаете себе утраченный титул и снова становитесь дворянином.

Ведь отец прошлой осенью лишил вас и того, и другого.

Вот теперь понятно, почему меня сюда пригласили. Всё это выглядит чересчур странно. Будто я специально всё это подстроил.

— Мне нечего сказать вам, — произнёс я. — Пожалуй, эти новости шокировали меня даже больше, чем вас. Однако мне этот город не нужен, если вас это успокоит.

— Не успокоит, господин Мечников, — ответил Игнатов.

— Я как раз ищу кандидатуру, которая сможет заменить род Балашовых. Чисто теоретически я бы дал добро на то, чтобы эти владения перешли вам. Но для начала я хочу разобраться в причинах столь странного поведения Виктора Павловича.

— Это мы теперь уже вряд ли сможем узнать, — встрял в наш разговор Синицын. — Если, конечно, вы не хотите нанять парочку хороших некромантов, которые смогут вернуть его к жизни. Ведь иных улик у вас больше нет, как я понимаю?

— Есть, господа, — добавил Тимофеев.

— Вообще-то, вскрытие показало нам ещё кое-что. Патологоанатому удалось найти следы магической клятвы. Незадолго до смерти он дал её. И мы подозреваем, что именно из-за клятвы он и написал это завещание.

— Я уже упомянул, что мы с ним обменялись клятвами ещё в Балашове, — напомнил я.

— Нет, Алексей Александрович, — покачал головой Игнатов. — Дело не в вас. Похоже, он дал клятву кому-то ещё. Кому-то из ваших друзей.

Глава 13"

"Мы с Синицыным переглянулись.