Мечта

Вот уж не правда, оно остановилось в тот самый момент, когда у меня появилась надежда. Надежда на его жизнь и его счастье. При этом моя жизнь не имела никакого значения. И если в требованиях похитителей входила моя смерть, то я просто с радостью приму ее. Ради него… все, что угодно.

Все присутствующие просто внимательно наблюдали за мной, такой тихой и улыбающейся, глядя на милые черты моего мальчика. Все молчали, как бы не хотели вернуться в реальность, понимая, что между этими фотографиями и моим сыном еще лежит целая вереница событий и огромная пропасть времени.

Краем глаза я заметила, как моя свекровь взяла за руку Володю и очень требовательно прошептала:

— Что они хотят?

— Не они, мама, она.

Потом он дал ей знак замолчать. А она так и осталась с раскрытым от удивления ртом.

Сегодня я немного поела. Самую малость, но все же. А фотографии не выпускала из рук. Я даже не удивилась, когда Володя попросил меня ни о чем не беспокоиться и сообщил, что должен уехать. Причем срочно. Он сказал, что с появлением этих фотографий поиски заметно продвинулись, и ему осталось просто выполнить требования похитителя.

Правда он так и не сказал кто он, и что за требования, но я не спрашивала. У меня появилась надежда. И я перестала беспокоиться за всякие мелочи.

Ведь он сильный и он сможет.

Эту ночь я провела одна, а утром… Утром пришел совершенно смущенный Андрей и сказал, что меня хочет видеть Виталина. Я растерялась. Действительно растерялась. Отказать? Может быть это будет правильно, но вдруг она знает, что-то про Сережу? А я ее прогоню… Нет, это будет неправильно, надо ее выслушать, может, она как женщина поймет, может подскажет правильный путь.

Я поделилась своими сомнениями с Андреем. Он выслушал и лишь пожал плечами.

— Маша, если ты согласишься выслушать ее то только в моем присутствии и с диктофоном.

— Хорошо.

— Да, — я согласилась. Потому, что это было движение, и как я думала вперед. Простое бездействие и ожидание меня убивали. Хотя я и жить то не хотела без моего мальчика…

Она вошла.

Да, за те несколько месяцев, что мы не виделись, она сильно изменилась. Осунулась, постарела, и да, у нее был живот, не большой, месяца на четыре, но был, то есть она действительно была беременна.

— Здравствуй, Маша.- Сказала она войдя.

Я жестом показала на диван, она села. Я устроилась в кресле. Андрей расположился на равном расстоянии от нас обеих.

— Маша, я хочу сказать. Повиниться, наверное.

Я не выдержала, мои глаза загорелись, я подумала, что все решилось.