Мечта

— Мария Вячеславовна, — подал голос мой вечный спутник, — не расстраивайтесь. Он вернется. Он в Италии, там его супруга проживает. Ну и дела конечно.

Это был последний камень брошенный в мою могилу. Контрольный выстрел. Но я взяла себя в руки.

— Как Вас зовут?

— Андрей. Но это не важно. В мои обязанности не входит знакомство и общение с Вами, только контроль.

— Контроль чего?

— Контактов, Вашей безопасности. Мне запрещено вступать с Вами в какие-либо переговоры.

— Но Вы вступили.

— Вы слишком расстроены, а Вам в Вашем положении нежелательно нервничать.

— Так Вы и о положении знаете?

— Я все знаю, что связано с Вами. Мне за это деньги платят и не малые.

— Так Вы обо всем докладываете?

Он только кивнул головой.

— А что он?

— Не знаю, мы напрямую не общаемся. Мне Федор начальник. Он начальник охраны и всей службы безопасности. Вы домой?

— Нет. Погуляю немного.

— Хорошо.

Я присела на лавочку и была благодарна Андрею, что он сел на соседнюю. Я смогла погрузиться в себя, не ощущая ничьего влияния и присутствия.

"

"В голове стучало. Он в Италии у жены. И о моей беременности он знает. Мои тени все докладывают. И мой токсикоз тоже мимо их глаз не прошел. Вот откуда копченная рыба и икра. А я ем, пусть аморально и неправильно я поступаю, но ем, потому, что оно во мне задерживается, в отличие от всего остального. И кто мне все приносит, и когда? Я ничьего присутствия у себя в квартире не замечаю. А продукты появляются. Я конечно, помню, что один комплект ключей он оставил себе, но я думала, чтобы самому прийти, а он у жены.

Папа говорит, что детей у него нет. А вдруг есть? И откуда мой папа о нем так много знает? Жена же точно есть. Я помню ее. Красивая, эффектная дама. Куда мне до нее?! В общем это полный крах. Крах моей мечты, моей любви, моего будущего. И какая гарантия, что этот всесильный Володечка просто не отберет моего ребенка и не отдаст ей? Я уже убедилась, что люди для него пыль. И я пыль. Он использует меня и выбросит.

Я взвыла в голос. Андрей тряс меня за плечо и протягивал пачку разовых платочков.

Я его поблагодарила. А он ответил улыбнувшись. (Оказывается он умел улыбаться)

— Все образуется, Мария Вячеславовна.

И оно образовывалось. То есть я просто привыкала, ко всему. Ко рвоте по утрам и не только по утрам, к селедке и копченным угрям. К витаминам и сокам, появляющимся в холодильнике. К моим трем теням: Андрею, Виталию и Косте. Они представились и мы даже иногда перебрасывались парой фраз.