Прощение в моём случае это непозволительная надежда. Такое не прощают. Просто лишь бы она перестала ненавидеть. И любить. Хотя любила ли она? Не знаю. Но точно знаю одно, пусть лучше она вообще перестанет ко мне что-то чувствовать. Вообще сотрёт из своей памяти меня. Лишь бы только даже напоминание обо мне не приносило боль, которую я ощутил вчера, когда она вернулась домой.
Старые, добрые…
Глава 19
Ну, приплыли, что могу сказать.
Я вернулась к правоустанавливающим документам и стала искать именно эту компанию.
Придётся, наверно, в налоговую обратиться или куда там ещё?
Мне нужно знать, что с этой фирмой и есть ли на ней долги, а то вдруг… Хотя это ведь долги юридического лица.
Сердце неприятно сжалось, я понимала, что к проблемам развода могут присоединиться беды с долгами, отмыванием денег и обналом.
Я отксерила доверенность и положила всё в сейф, как было. Чтобы не оставлять следов, что я тут возилась, вытащила две стопки тысячных купюр и бросила их в сумку. Если что, пусть Макар думает, что за деньгами лазила.
Во рту всё пересохло, и я пошла на кухню. Вытащила минералку и отпила пару глотков.
Теперь вещи.
По логике надо бы было собрать много нужной одежды, но в чемодан я в первую очередь вытряхнула все свои шкатулки с драгоценностями. Вытащила из дамского столика свои документы, вплоть до санитарной книжки. Из тумбочки у кровати я забрала все гаджеты. На постель старалась не смотреть, потому что она осталась после вчерашнего разобранной, и мимолётный взгляд на неё заставлял меня цепенеть от ужаса, который я вчера пережила за недолгие полчаса.
В общем, я не справилась, и рвота скрутила так мгновенно, что я едва успела забежать в туалет. Тошнило водой. Я сплёвывала кислую слюну и молилась, чтобы скорее приступ омерзения закончился, и я вернулась к сборам.
Спустя полчаса в чемодан не влезало ничего, и я вытащила второй.
Шубы-то как забрать? Не вечно же весна и лето будут. А кто даст гарантию, что следующий раз я смогу так же легко зайти в квартиру?
Я распахнула двери гардеробной, что прилегала к спальне.
Внутри засосало, как будто вот-вот произойдёт что-то плохое. И оно произошло.
Я пробежалась пальцами по веренице рубашек. Задела кончиками пиджаки. Дотронулась до мягкой шерсти свитеров и грубой джинсы.
Осязание больно скользило по мне, и я не смогла просто так уйти.