Вот он – заядлый рыболов, и он абсолютно не понимает, как мужчине может не нравиться это занятие. Однажды взял он меня с собой, отвез на заветное место. Сказал, будто лещи там хорошо клюют. Только я не выдержал сидеть по часу и ждать поклевки, укоротил дно, насадил червя и стал тягать разную мелочь. Так и рыбачили. Я пять рыбок достану, он одну, только его одна весила как двадцать моих. К тому же я по неопытности забросил слишком близко к берегу, а там кусты, уходившие под воду. И плотвичка, взявшая наживку, в эти кусты забилась.
– Так вы лишь один раз в жизни ездили на рыбалку?
– Ну почему! Есть у меня другой знакомый, который почти в самой дельте Волги живет. Он меня долго к себе звал, лет восемь, пока я не собрался. Там я научился со спиннингом обращаться. Очень уж уха из судаков понравилась, особенно под водочку, а знакомый по будням работал. Пришлось самому рыбачить.
Комбат скромно умолчал о том, что большую часть той поездки у него заняли разборки с шайкой настоящих пиратов, грабивших каспийские суда.
Рублев забросил удочку и стал ждать. Хотя ждать – это не совсем верно. Течение постоянно сносило леску с наживкой, и Борису каждую минуту приходилось перебрасывать снасть. Время шло, но поплавок только изредка подергивался, будто пьяный мужичок, собирающийся пуститься в пляс, но сам себя останавливающий в последний миг, стыдясь своего неумения.
– А говорят, будто в сибирских реках достаточно забросить в реку пустой крючок, и на нем сразу окажется рыба. Враки это, – разочарованно сказал Борис, и тут же, словно опровергая его слова, поплавок бойко ушел под воду. Рублев подсек. Он почувствовал яростное сопротивление крупной рыбы, не желающей идти на корм удильщику. Все же Борис вытащил свою добычу на берег.
– До чего ж красивая! – восхитилась Светлана.
Действительно, рыба поражала своей нарядностью! Золотистого цвета, с коричневыми пятнышками на боках и густо-красными плавниками – настоящая красавица.
– Кто это? – спросила девушка.
– Не знаю, – честно ответил Рублев. – Я же тебе говорил, что не рыбак.
На самом деле он поймал ленка, и не было ничего удивительного в скором превращении, случившемся с рыбой. Очень скоро краски ленка начали блекнуть. Оперение прямо на глазах побледнело, исчез ярко-золотистый цвет.