Последние слова Манула, о Маринке и вид бредущих ко мне зомби и привели меня в чувство, я огляделся вокруг в поисках какого-нибудь оружия. На земле ничего полезного не лежало, только пара округлых булыжников, размером, как половинки красного кирпича. Ощупав свои карманы, я ничего полезного не нашел, только в кармане брюк лежала, не замеченная никем балаклава. Вытащив её из кармана, растянул шерстяную шапку, и засунул в неё один из камней. Получилось некое подобие кистеня. Ну, что это лучше чем ничего.
Несколько раз, глубоко вздохнув и выдохнув, я насытил кровь кислородом, и сорвался с места. Меня спасет сейчас только одно – скорость, быстрая реакция …и удача! Чертовски должно повезти, чтобы я смог без оружия выбраться живым из этой передряги.
Я побежал вверх по склону, туда, откуда приближалось больше всего мертвецов. С вершины склона ко мне двигалось не меньше двух десятков тварей. Все были из разряда «буратин» - медленные и неповоротливые, те, кто не смог отожраться на свежей человечине и перейти в высшую лигу мертвецов – мутантов.
Может, это, конечно покажется и не логичным, бежать в сторону большей опасности, но, во-первых, я убегал, как можно дальше от Манула, у которого был автомат, а во-вторых, когда человек спускается сверху вниз, то ему труднее держать равновесие, чем, если бы он двигался наоборот – снизу вверх.
"А еще, я успел подумать, что мне никак нельзя вступать в плотный контакт с мертвецами, ведь даже, если твари и не укусят меня, то ведь можно, элементарно, извазюкаться с ног до головы в их, внутренностях, крови…или, что там у них вместо крови. У меня, после целого дня проведенного внутри «бардака», было несколько открытых мелких ран. Царапины там всякие, ссадины и прочие повреждения кожного покроя.