Связанный ростовщик зашевелился и попытался подняться, но сообразив, что ничего не получается, принялся ворочать головой, пытаясь понять, что произошло и где он находится. Вернувшийся Мишка доложил об исполнении приказа и встал над лежащим, угрюмо глядя ему в затылок.
– Вы об этом пожалеете, сударь, – невнятно прохрипел ростовщик, найдя расфокусированным взглядом фигуру Руслана.
– С князем говоришь, пес, – рыкнул Мишка, ловко пнув его в бок.
Охнув, ростовщик попытался отползти в сторону, но Мишка, придавив его ногой, грозно посоветовал:
– Не балуй.
– От кого вы узнали о награждении? – спросил Руслан, не спеша подойдя поближе.
– Я вам ничего не скажу, – снова прошамкал ростовщик.
– Княже, ты, похоже, ему челюсть сломал, – прислушавшись, усмехнулся Мишка.
– Да и хрен с ним. Все одно после дыбы в расход пускать, – небрежно отмахнулся Шатун.
– Какая дыба?! – зашевелился ростовщик. – Пытки применяются только в особых случаях.
– Война идет, сударь. А это и есть особый случай, – хмыкнул Шатун. – А влезли вы в дела контрразведки. Так что, или вы передо мной выворачиваетесь наизнанку, до донышка, или в ход пойдут аргументы.
– Какие еще аргументы? – растерялся ростовщик.
– Тяжелые, сударь. Тяжелые. Дыба, нагайки, железо каленое. Я своего добьюсь. Рано или поздно, – спокойно, словно говорил о погоде или видах на урожай, произнес Руслан.
– Вы не посмеете! У меня серьезные покровители!
– Это там, в столице, они, может, и серьезные.
– Меня видели у вашего дома! Я многих о вас спрашивал, – не сдавался ростовщик."
"– Я же сказал, отсюда вы ушли сами. Это многие подтвердят, – жестко усмехнулся Руслан, уже успевший проиграть про себя все варианты.
Вбежавший мальчишка на ходу что-то дожевывал. Чуть улыбнувшись, Руслан жестом подозвал его поближе и, наклонившись к самому уху, тихо велел сбегать к хорунжему и передать, что ночью надо будет забрать вещи из гостиничного номера. Все вещи. Казаки подобные операции проворачивали уже не раз и, как действовать, отлично знали.