Между прочим, в редакции «Армерия сегодня» еще никого и никогда не рвало армерийским красным столетней выдержки! Норт, — взгляд на нашего капитана, — объясни, неужели нельзя было напоить нетопыря чем-нибудь подешевле?
Дастелу, наверное, стоило промолчать, но разведя руками, он честно ответил:
— Честный попался, с трудом споили, и то лишь потому, что от вин столетней выдежки не отказываются.
— Всю бутылку выдул, — поддакнул Дан.
И тут ректор нехорошо прищурился и опасным тоном вопросил:
— Так значит нетопырь выпил всего одну бутылку, так? Остальное мое коллекционное вино выпил не он?
Я заметила, как парни переглянулись, затем Норт, насупившись, произнес:
— Все верну.
— Не стоит, — Гаэр-аш презрительно улыбнулся, — я в состоянии приобретать то, что мне требуется, не впадая в такие крайности, как воровство.
Норт побледнел.
Ректор совершенно без перехода продолжил:
— Спаиванием нетопыря вы, к сожалению, не ограничились. Вы написали собственные «новости», закодировали и в итоге вести из Некроса были опубликованы без проверки редакцией, как сверхважные и достоверные.
Все честными невинными глазами смотрели на ректора. Гобби смотрел честнее всех.
— Умертвие, — Гаэр-аш усмехнулся, — ты меня поражаешь.
Гобби стал смотреть еще честнее и вконец невиннее.
— Полагаю, к вашей совести взывать бесполезно? — скорее утверждая, чем спрашивая, произнес ректор.
Естественно мы промолчали — в Некросе с совестью у всех проблемы, а что касается некромантов, то там все просто — нет совести, нет проблемы.
Гаэр-аш взял со стола одну газету из стопки печати, что лежала перед ним и продолжил:
— Вы осознаете, что после таких новостей как «Дознаватель Нардаш убил себя сам! Реанимировал, а затем снова убил, потому что мазохист основательный», газетчик Нис Грамор потерял работу?
Осознала, кажется, только одна, остальным совестно совершенно не было — некроманты одним словом. Не зря с ними вообще никто связываться не хочет.
— Или вот, — ректор вытащил другую газетенку из вороха, — сенсационная биография темной лошадки Мертвых игр! Ниже — стр.
— Ыыы, — ответил мой Гобби.
— Так звучало лучше, — вставил Дан, — и нетопырю больше понравилось.
До меня начало доходить, чем они ночью занимались…
Ректор отшвырнул и эту газету, взял следующую. Прочел.