Правда, мне кажется, он и не из сатанистов, хоть и прыгал на кладбище, – прикид не тот. Сатанисты больше тяготеют к готике – черные одежды, всякие мослы-черепушки… Ладно, будем надеяться, что информационщикам удастся что-то дельное выжать из номера машины.
Когда они возвращались в главк, то еще издалека на крыльце своей «конторы» увидели своего давнего приятеля – Александра Вольнова. Поздоровавшись, тот, приглушив голос, спросил:
– Слушайте, мужики, а что это у вас тут за «чудеса в решете» творятся? Мне сегодня рассказали, будто где-то в области ваши сотрудники выкопали живого покойника трехлетней выдержки.
– Саша, если откровенно, то кое-что необычное – да! – и в самом деле имеется… – совершенно буднично произнес Гуров. – Это верно… Но только – кое-что, а не все. Давай зайдем к нам, там и поговорим, не стоит «светиться» на крыльце.
Они прошли в кабинет, и там разговор был продолжен. Гуров в общих чертах рассказал о знакомстве с «вернисажистами» с Грачихинского, о поездке в Савиновку и Проклово. Ну и, понятное дело, об эксгумации Виталия Лунного, похороненного три года назад. По ходу его рассказа, с точки зрения Стаса, несколько суховатого, он периодически дополнял повествование Гурова теми или иными своими деталями. И хотя приятели старались краски не сгущать и излагали все ими увиденное и услышанное без экзальтации и нагнетания эмоций, на Александра тем не менее это произвело большое впечатление.
– Ну, мужики-и-и! – широко развел руками Вольнов. – Это и в самом деле что-то такое, о чем я, если честно, еще ни разу не слышал. Значит, якобы умерший Виталий Лунный находится в КЭМТе… Знаю это учреждение, бывал там. Они иногда выполняли наши исследовательские заказы. Но вот о том, что именно туда помещен Лунный, был не в курсе… Похоже, кто-то имеющий очень большие властные полномочия это дело засекретил, где только мог.
– Вот это оперативность! – покачал головой Лев. – А не они ли заказчики похищения картины? Среди иностранцев поклонников таланта Лунного было предостаточно. Его полотен ушло за пределы России немало.