Для этого нужно знание психологии и большой жизненный опыт. И то и другое у Гурова было, и мнение о майоре у него складывалось совсем не лестное. Стараясь быть объективным и раньше времени не наклеивать на человека ярлыков, Лев присматривался к старшим офицерам в кабинете, когда приоткрылась дверь и в дверном проеме появилась голова капитана Мирошина. Он, видимо, хотел сделать какой-то знак или вызвать Гришанина в коридор, но тут увидел Гурова в форме, с полковничьими погонами на плечах и сразу исчез. Гуров озабоченно прикусил губу.
– Я извиняюсь, мне нужно позвонить, – улыбнулся Лев, дружески сжав рукой локоть именинника.
Выйдя из кабинета в коридор, он быстро направился к выходу, набирая на ходу номер Дубова. Курсант отозвался быстро, но говорить прямо было опасно: вокруг сотрудники управления, то и дело кто-то выходил из кабинетов, встречался в коридоре. И надо было торопиться, потому что впереди возле лестницы мелькнула спина Мирошина.
– Бросай все и быстро туда, где мы с тобой вечером были, понимаешь? Не могу говорить…
– Участковый пункт? – тут же догадался Дубов.
– Да! И жди меня, ничего не предпринимай, просто смотри за ним.
– Понял, за тем, кого вы узнали? Буду следить!
«Черт, что я творю, – со злостью подумал Лев. – Я же парня подставлю! Но иного выхода нет, мне нужен помощник. Дубова я в обиду не дам. Не сожрете вы его! Не позволю! Все закончится, и я ему такое письмо от министерства устрою за подписью Орлова, что никто в его академии рта не откроет против парня. А потом распределение ему устрою в Москву.
Остановив первую попавшуюся машину, Гуров назвал адрес. Он не имел представления, на чем уехал Мирошин. Но служебного «уазика» участкового возле управления не было. Сейчас Лев действовал скорее интуитивно, чем имея четкий план действий. Самое важное – перехватить Мирошина. Он испугался, а значит, будет горячиться, торопиться. И в первую очередь постарается избавиться от пистолета.
«Уазик» стоял возле участкового пункта.