Он шумно выдохнул и спрятал свое лицо в ладонях.
— Не дерзи мне легата, — сдавленно произнес он. — Я действительно тяжело болен, и боюсь, что осталось мне недолго. А что касается служителей Зетро, то … Пойми ты! Это религия! Это — целый мир! Это десятки тысяч утешенных страждущих! Алкады помогают бездомным, кормят голодающих, лечат больных во времена эпидемий! А ты предлагаешь их всех под нож?! Так что ли?!
Пришла очередь тяжело вздохнуть Седого. Он, тщательно подбирая слова, тихо произнес:
— Тавр, боюсь, что мы с самого начала неверно поняли друг друга.
— С алтари Кадусом, — уточнил лорет. — И что ты намерен ему сказать?
— Мне нужна информация, — Сергей полез в сумку и извлек из нее пресловутый плащ с вышитым черным кругом. — Ты когда-либо видел что-то подобное.
Тавр принял из его рук одеяние монаха, тщательно его осмотрел и покачал головой:
— Полагаю — это одеяние убийцы? — Решетов кивнул.
— Об этом-то я и хотел переговорить с этим … как его — Кадусом! А болваны, которые охраняют аудиенцию, сулят мне встречу с ним лишь через десять дней! Заметь, вероятную встречу!
Тавр нахмурил брови, с минуту постоял — соображая, а потом затрясся всем телом. Он упал на свой трон, продолжая биться в конвульсиях. Седой с тревогой схватил его за руку:
— Лорет, что с тобой?! Тебе плохо?!
И только тут до него дошло, что Тавр Справедливый трясется от безудержного смеха.
— Ну, хоть потешил Великого лорета! Можешь не благодарить …
Отсмеявшись, Тавр сдавленно произнес:
— А уж я-то грешным делом подумал, что ты возжелал вырезать всю Верховную резиденцию алкад!
— Будь я таким отморозком, она была бы уже вырезана, поверь мне …, — проворчал он.
И тут они уже оба зашлись в приступе истерического смеха.
Когда нездоровое веселье прекратилось, Тавр произнес:
— Грамоту с требованием для посещения алтари получишь у моего секретаря.
Глава 5
Зетро уже миновало свою наивысшую точку и начало клониться в сторону горизонта, когда Решетов вновь посетил резиденцию алкад. Холодно взглянув на того самого, с повязкой на руке, стражника, он небрежно протянул гвардейцу выданный Тавром документ. Тот с пренебрежением взял грамоту, быстро ее прочел, и весь его облик мгновенно переменился.