Я в подробности не вдавалась, главное, что Анюта была довольна.
– Вот так, Ксень. Раз – и не работаю. Уволили меня. По статье.
– Как? А твой работодатель знает, что ты в положении?
– Я не говорила сразу же, потому что в поликлинику ещё не ходила. Но как только он заявил, что увольняет меня, пришлось рассказать.
– И?
– Что «и»? Ему плевать. Уволил и всё.
– Не имеет никакого права. По трудовому кодексу… – начала я.
Уж трудовой кодекс я знала. Как-никак бухгалтер, пусть и работающий удалённо.
– Ксень, не будь такой наивной. Законы написаны и обязательны к исполнению для простых людей вроде нас с тобой. А этой звезде плевать… Вот ты молодец, Ксень. Сама себе хозяин. А на чужого дядю работать не так весело, увы…
– Вот сука! – в сердцах произнесла я. – Ты разговаривала с этим… Мраковым?
– Марковым, Ксень, – поморщилась Анюта, – конечно. Но он и слышать ничего не хочет. Ой, всё. Давай не будем… Ты же видела его самодовольную физиономию!
Я кивнула.
– И что, совсем-совсем ничего нельзя поделать? – спросила я.
– Почему нельзя? Можно… И даже нужно… В поликлинику сходить, анализы сдать, всё ли в порядке.
Анюта всхлипнула. Мне было жаль мою сестрёнку. Я обняла её за плечи и погладила по спине.
– Ты к Левановой пойдёшь на приём? – спросила я.
– Какая Леванова, Ксень? Леванова мне теперь не по карману. В нашу государственную поликлинику пойду…
– Перестань. Пойдёшь к Левановой и точка. О деньгах не беспокойся. И съешь чего-нибудь полезного… Кстати, тебе теперь много чего нельзя, наверное, да?
– Я не знаю.
– Отставить, Анюта. Не ной. Мы с тобой сейчас вместе всё почитаем, идёт?
– Не надо, Ксень…
Я отмахнулась от Анюты и засуетилась, сбегала в магазин за свежими фруктами и овощами, напоила её свежим чаем с молоком, укрыла ноги пледом и села рядом.