В свое время он провел шесть лет на кичи по 111-й, часть 4[45], был очень авторитетным фраером, приближенным к положенцу на зоне, а, откинувшись, сразу вписался в серьезную кодлу, занимавшуюся гоп-стопом на Московском шоссе. Все шло как по маслу – кодла бомбила фуры, не гнушаясь любым товаром, пока год назад РУБОП при поддержке ГИБДД не прижало им хвост. При этом ментовская операция была настолько стремительной, что зашифроваться никто не успел, и почти все пацаны оказались на «Лебедевке». Но Акыну на этот раз подфартило.
Мишка Ворсистый, мой старый добрый кореш, откинулся год назад по помиловке, проведя на кичи три с половиной года по 158-й статье. Месяца три отдыхал, проживая старые сбережения, а когда они закончились, удачно обнес две богатые квартирки. Но на третьей чуть не спалился. После этого с домушничеством Мишка завязал и очень охотно отозвался на предложение Комаля войти в «группу специального назначения».
Да, ее так и называли – группа специального назначения. Ведь есть же спецназ у ментов и военных, у гэрэушников и гэбистов, так почему бы братве не обозвать подобную структуру точно так же. Западло? Да ну! Глупости, излишняя щепетильность. Пусть будет спецназ.
Итак, члены «группы специального назначения» вот уже два часа хлебали кофе и чай у меня в гостиной, безуспешно пытаясь выискать хотя бы одну лазейку, через которую удалось бы подобраться поближе к Хопину. Рассматривали вариант за вариантом, начиная с более или менее реальных и заканчивая совершенно фантастическими.
– Девчонки, на кухню, – распорядился Комаль. – В холодильнике есть все, что нужно. Что приготовить, сообразите сами. Акын, Ворсистый, в лавку за водкой. Хоть бухнем.