Думать о чем угодно, но не о ней! Вроде бы получилось – я начал грызть себя за то, что я наконец стал настоящим убийцей. Отчалившись по мокрой статье ровно четыре года, только сейчас на самом деле переступил черту, отделяющую обычного мирного обывателя… Да что там, обывателя? Отделяющую даже простого «бытовика» от хладнокровного киллера.
Смешно? Задним числом совершил именно то преступление, за которое отбыл пятую часть срока. Смешно… или страшно? Страшно ощущать себя уже в некоей иной ипостаси. Каким-то совсем другим человеком, нежели был еще утром.
Косоглазый солдатик, который во время первого неудавшегося побега пытался подбить меня из «калаша», чтоб заслужить десятидневный отпуск, в счет не идет. Я тогда швырнул в него нож, опередил на считанные секунды, и все это происходило в честном бою. При равных шансах. Вернее, шансов у цирика было куда больше! Не в пример больше!! Его АК-74 против моего «охотника»… Нет, за продырявленную печень того самоуверенного оленевода я себя винить не могу.
Как не могу себя винить (хотя и с огромной натяжкой) за солдата, которого пырнул ножом в спину как раз в тот момент, когда тот находился в «интересном положении».
Так же, как нет греха у меня на душе за того рыжего пацана, которому я сегодня снес из «Спаса» череп. Я действовал в состоянии аффекта. Сперва он имел возможность прикончить меня, но промахнулся и вместо этого убил совершенно безобидную девочку. Потом возможность ответить ублюдку получил я… И вот результат.
Но вот второй щенок, безоружный, связанный, которого я расстрелял совершенно без зазрения совести! И третий – тот, что мечтал убежать от нас через болото… тот, который так хотел жить!.
Что-то со мной произошло. Что-то у меня в душе надломилось. Возможно, только сегодня, когда увидел смертельную рану Настены. А возможно, еще тогда, четыре года назад, когда осознал, как жестоко и подло меня подставили, и сразу, только-только прозрев, настроил себя на то, что если будет такая возможность, я буду мстить.