Рука у Фила немного дрожала, когда он забирал кинжал.
— Это то, что он создал. Уникальная вещь — единственная в своём роде. Больше он ничего не успел создать. Ему очень хотелось превзойти унжирцев в обработке манны. Правда, как и все великие гении, он заигрался, увлёкся. Кинжал, что вы держите, замечателен тем, что у него очень мощное концентрированное излучение. В этом кинжале заключена сила сразу нескольких камней. Вы ведь уже чувствуете, как жжёт он вам пальцы, даже сквозь защитный костюм, — оскалившись, закончил Вик, — не правда ли?
— Вы лжёте, — невозмутимо ответил Треллони, — вы же спокойно брали в руки и кинжал и камни, да и индикатор не ловит здесь никакого излучения.
Манаукец встал напротив стола, сложив руки за спиной, пытливо рассматривая землянина.
— Вы все уже покойники. Представители Унжира знают об этом. Документы вы подписали, что претензий в случае несчастного случая вы не имеете к манаукской стороне. Что добровольно шли на это.
— Вам не запугать нас, ши Махтан. Мы заберём всё, что вы нам предоставили и покинем ваш флагман.
Викрам не шевелился, глядя, как Треллони кладёт кинжал на стол и закрывает крышку контейнера. Как его помощник берёт переносной хранитель. Как бережно Треллони передал контейнер второму помощнику. Как враг снова взял кинжал в руки.
— Если я лгу, то, что же вы так боитесь, господин Треллони, — спросил манаукец, когда земляне подошли к двери, безуспешно пытаясь её открыть.
Фил обернулся, с ненавистью глядя на манаукца.
— С чего вы взяли, что я боюсь? — насмешливо спросил землянин.
— Я вижу, как капельки пота собираются у вас над губой и на лбу, — спокойно объяснил Викрам, всё так же, не двигаясь с места.
— Просто жарко в костюме.
— Он не оснащён терморегулятором? Или всё же причина в другом?
— Я не боюсь, — прошипел Фил, совершенно машинально пытаясь снаружи протереть запотевшее изнутри защитное стекло шлема.
— Ваш брат был гением. Жаль, что вы не так умны, как он. Я же рассказывал вам о свойствах манны, а вы не поверили мне на слово.
— Я не тупой, — взвился Фил."
"— Знаете, почему эксперимент унжирцы признали неудачным? — спросил Викрам и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Мы стали неуравновешенными. Это всё влияние манны. И сейчас вы тоже чувствуете, как бурлит кровь, как она плавится. Вы начинаете злиться без видимых оснований. Ищете причину своей агрессии.