Билась Мариза насмерть, но свадьбу она хотела больше. Так что приличный сундук с женскими цацками я из нее вытрясла. Строго по описи. И добавила в опись еще один пункт: те украшения, которые подарил мне Марк.
– Вы, леди Катрин, пытаетесь выдать меня замуж нищей, как пастушку! Не забывайте, я ваша будущая герцогиня!
– Ну что вы, ваша светлость! Вы напоминаете об этом не менее восьми раз в день. У меня просто нет шансов это забыть!
Истерику дамы я смогла прекратить только одним способом. Назвала ей сумму, которую она потребует в качестве лирда.
– Я понимаю, ваша светлость, что благодарность не входит в число ваших неизмеримых достоинств. Но прошу заметить, что этот лирд вам вытребовала именно я. И, согласитесь, он производит впечатление. Думаю, у принцессы лирд будет не намного больше.
– Ну, я, конечно, не принцесса! Но все же я – будущая герцогиня!
Тьфу ты!..
Нет, я точно дешево отделалась!
В городе был праздник – пришли торговые корабли. Караван из пяти небольших судов.
Среди грузов были ткани, пряности и очень красивый фарфор, какао-бобы, корица и ваниль. Прекрасные шелка, тонкие и прочные, очень красивых цветов. Несколько слитков золота для ювелиров.
За четыре дня до подписания договора с герцогом я получила от гвайра Байони две с половиной тысячи салемов. Почти все деньги, которые гвайр выручил у меня в городе. Мэр был счастлив налогами, а гвайр Байони уходил с полупустыми трюмами.
Он скупил сколько смог черненой керамики, хорошо приподняв жизнь в Глинищах, увез всю шерстяную ткань и семь коробок из замка.
Там, у себя, он закажет палетки, смешает содержимое коробок со спиртом и разложит краску сам. Кистей у меня пока еще не так много, поэтому и снабдить его маленькими наборами я не смогла. Наборы он и сам соберет. Но довольны были оба.
Он – тем, что купил краску сравнительно дешево и собирался прилично нажиться на этом. Он видел мою лавку и видел там цены.