Курорт. Ни дать ни взять.
На моих губах расцвела жесткая усмешка.
Второй этаж отличался лишь более приглушенным светом, и картины там были, г-хм, очень любопытные. Сто процентов, призванные уже на подходе вселять в провинившегося леденящий душу первобытный ужас. И даже с пометками: «Именно это тебя и ждет, друг мой». Или еще интересней: «Ты станешь таким, тебе нравится?» А там изображен мужчина с вырванным языком и полу-оторванной головой, вольготно лежащий на кроваво-красном диванчике с фаллосом в заднем, к-ха, проходе.
Что же поделаешь, у наследников прекрасное чувство юмора. Особенно когда кто-то смеет настолько провиниться, чтобы попасть на второй этаж пыточной. Скажем, насильник или же изменник короны. Чувство прекрасного у братьев становится очень черным и плотоядным.
В самом комплексе я появлялся не часто, однако по долгу службы и имея должность личного помощника их Светлостей по особым делам бывать приходилось. Как и самому пребывать в роли экзекутора. Этому искусству нас троих обучали с семнадцати лет.
Опустим тот момент, что наследники плохо поддавались обучению азам целительства, именно по этой причине из пыточных никто никогда не выходил на своих двоих, у меня это место, как и само проведение пыток, не вызывало совершенно никаких эмоций.
Ни отрицательных, ни положительных. И все же, смотреть на муки виновных при исполнении наказания мастерами пыток, коими являлись и сами наследники и даже я, удовольствия не было никакого.
Так что в пыточные я спускался в еще худшем, чем до этого, настроении.
— В какой из боксов определили старшего смены и как его имя? — деловито спросил у Кристофа Вадэмиан.
— Имя старшего смены — Лин Дангроф. Так как вина Дангрофа не была доказана, эйгары определили его в первую пыточную, конечно же, на первом уровне, ваши Светлости, — откликнулся Кристоф, указывая на толстую черную дверь с обычной ручкой и замком.
— Лин Дангроф, значит. Припоминаю, несколько раз пересекались, — равнодушно прокомментировал Анхель.
— Открывай, — кивнул Дэм, пропуская Кристофа вперед и отходя на шаг назад, вынуждая и меня шагнуть ближе к стене.
"Двери в комплексе были изготовлены из титанового черного сплава, закаленного ледяным драконьим огнем, не позволяющим воздействовать на нее магией. Саму камеру можно было открыть только с помощью стандартного ключа.
Эноридхен споро вытащил из кармана кителя объемную связку из маленьких черных, под стать дверям, ключиков и, отыскав нужный, вставил в замочную скважину.