Я прикусила губу, не зная, как себя вести в присутствии венценосного дракона и что вообще говорить. А потому просто благодарно улыбнулась, с легким интересом наблюдая, как мужчина вытащил из ножен короткий кортик и всего несколькими оточенными движениями разрезал яблоки на четвертинки.
Вернув оружие на место, прикрыв его бархатной мантией, император поднял взгляд и, улыбнувшись одним краешком губ, подтолкнул тарелочку ко мне ближе.
— Угощайтесь, Лорелея. Не стесняйтесь, — указал император на диковинные фрукты, с живым интересом и крайне странной, какой-то предвкушающей улыбкой наблюдая за мной.
Ненадолго замешкавшись, натянуто улыбнулась, ощущая некий подвох во всем происходящем, но не могла понять, в чем именно. Взяла в руки самую маленькую из редких яблочных долек и, стараясь делать это как можно более деликатно, положила ее в рот, раскусывая.
И… В следующий момент замерла, широко распахнула глаза, тяжело задышала, с недоверием и обидой уставившись на невозмутимого императора, стараясь унять образовавшуюся во рту ледяную пустыню.
Как же холодно!
— Спокойно, Лорелея, — мягко улыбнулся мужчина. Правда, видят демиурги, где в тот момент я желала бы лицезреть его мягкость и улыбку. Садист! — Постарайтесь аккуратно прожевать, только в таком случае в полной мере сможете ощутить вкус фростайера. Если все же не сможете прожевать, то воспользуйтесь, пожалуйста, платком.
Колко взглянув на чешуйчатое Величество, постаралась дышать и выполнять то, что велел, как оказалось, император-изверг, мысленно бурча, что это не фрукт.
Однако спустя всего несколько минут холод сменился легкой прохладой, а вкус фрукта действительно приобрел невообразимые краски. Это лакомство трудно было с чем-то сравнить. Нежнейшая воздушная сладость, с легкой изморозью. Очень необычно. И вправду крайне трудно описать или с чем-то сравнить.
— Это был нечестный прием, ваше Величество, — произнесла с легкой укоризной. — Но благодарю. Этот фрукт очень необычный.
Лайдвиг Кирсан благосклонно кивнул, с легким прищуром и все той же неизменной полуулыбкой наблюдая за мной, словно изучал любопытную зверушку. Этим он напомнил мне своего сына. Анхеля.