Девушка повиновалась и достаточно быстрым, но вполне спокойным шагом вошла на территорию дворца, я сразу же отпустил заклинание, возвращая защиту, и протянул магине ладонь, правда, видят демиурги, насколько сильно мне не хотелось ее касаться.
— Подойдите ближе, госпожа Авиоли, я перенесу нас порталом."
"Черные глаза внимательно взглянули на меня, словно пытаясь заглянуть в душу, поддернул плечами, пытаясь скинуть с себя легкое оцепенение. По губам девушки скользнула понимающая усмешка. Авиоли монотонно произнесла, шагая ко мне и цепко хватаясь за предоставленную ладонь сухими маленькими пальчиками:
— На данный момент я лишь адептка академии, ваша Светлость.
Проглотив откровенную наглость, кивнул, притянул Авиоли к себе ближе и не мешкая открыл портал в целительскую.
— Анхель? — удивленно позвал Дэм, стоило нам появиться, настороженно поглядел на осматривающуюся девушку. При виде тела на столе глаза Хейдан заинтересованно вспыхнули фиолетовой дымкой.
— Знакомьтесь, адептка академии Деркон Хейдан Авиоли, наш маг смерти.
— Пока я числюсь в академии, не ваш маг смерти, ваши Светлости, — безразлично поправила Хейдан.
Недовольно на нее покосившись, Дэм промолчал. Я весело хмыкнул. Все же интересная особа. Никогда таких, как она, не встречал. Однако было дело, общался с магами смерти, все они разные. Но вот такие равнодушные, спокойные и язвительные в одном флаконе — нет.
— Думаю, доучившись до пятого курса, вы, Хейдан, прекрасно знаете, что делать.
Авиоли одарила брата нечитаемым взглядом, в котором на доли секунды вспыхнули насмешливые искры, и покорно склонила голову. После не мешкая подошла к телу, цепко взглянув на него, обратилась к нам:
— Прежде чем я начну, прошу вас, ваши Светлости, и вас, целитель, не вмешиваться, молчать и отойти на несколько шагов назад.
— Дышать хоть можно, Авиоли? — шутливо поинтересовался близнец, отходя назад.
— Не желательно, но можно, — спокойно ответила Дан и, коротко посмотрев в нашу сторону, вернула все внимание мертвецу.
Мы тихо наблюдали, как девушка прикрыла глаза, ее бескровные губы зашевелились, сначала беззвучно, затем добавляя голос, и мы могли услышать заковыристый речитатив. Язык мертвых. Понятный, но слишком сложный. И я, и близнец говорить на нем могли, но лишь по слогам. Однако сейчас мы не понимали ни слова.