Не знаю, что связало судьбы родителей, но они точно любят друг друга. Если смотреть на мои отношения с Максом, то мы вообще сводные брат и сестра, готовые на людях убить друг друга. Может быть ненормальные отношения — конёк нашей семьи.
Я вытираю тело махровым полотенцем и не одеваясь выхожу в комнату. Не успела обжить ее, все кажется холодным и у меня нет пижамы, но это мало меня смущает. Мне всегда нравилось спать голой, ощущение прикосновения шелковых простыней к голому телу действовали расслабляюще.
Случайно замечаю на кровати тонкое кружево.
— Без него тебе лучше. — голос за моей спиной обдает жаром, выводя меня из равновесия. Я тут же хватаюсь руками за край одеяла и лихорадочно тяну его на себя под смех Бра… Беса, пытаясь прикрыться. Но есть ли смысл? Уверена, что эти жадные глаза успели уже все рассмотреть.
Макс материализуется из темноты. Он даже не пытается скрыть, что его веселит моё смущение. На лице играет издевательская ухмылка, которую очень хочется стереть. Что он о себе думает? Почему завалился сюда без приглашения?
— Я же закрывала дверь. — для чего-то озвучиваю очевидный факт. Итак, понятно, что этому зверюге ни один замок не помеха. Подтверждая мои мысли, Макс выгибает бровь. — Почему не ужинаешь?
— Уже. Я привык есть по-солдатски, быстро и тщательно пережевывая.
"— еще меня хвалили за любознательность. — в тон ему отвечаю я, нервно сглатывая. Его нахождение так близко — нервирует. Одно движение и я буду в его руках: голая и готовая на все. Это сводит с ума.
И хочется и колется.
— Тогда спрашивай. — глаза Макса скользят по моей шее и задерживаются в ложбинке стиснутых грудей. Он смотрит так по-хозяйски, свободно, что мне хочется провалиться сквозь землю.
Контраст изменения наших отношений ввергает меня в ступор. Пугает натиск событий. Макс сдерживает свой темперамент, пока только знакомя меня с собой.
— Папа насильно удерживал маму? Заставлял быть с ним?
— Нет. — Макс пожимает плечами, неожиданно улыбаясь. Его слова подтверждают мои предположения. — Считай, что это была игра.