Милая плутовка

Джорджина плотно перебинтовала грудь и гораздо более свободно — талию, и торс у нее теперь был, как у мальчика. Да и освещение в таверне в тот вечер было хуже некуда. Вполне возможно, что он разглядел ее не так хорошо, как она его. Да и потом, с какой стати ему держать в памяти это происшествие? Если принять во внимание, как грубо он с ней тогда обращался, то скорее всего он был пьян в стельку.

Джеймс Мэлори четко зафиксировал момент, когда Джорджина расслабилась, поверив в то, что он ее не помнит. Был шанс, что, вспомнив об их первой встрече, она прекратит затеянную игру и проявит характер, как это случилось тогда, в таверне.

Он затаил дыхание. Однако не заподозрив, что он знает о ее маскараде, Джорджина решила придержать язык и продолжить игру."

"Джеймс и сам теперь расслабился. Если, конечно, не принимать во внимание чувственного возбуждения, которое охватило его с того мгновения, как она вошла в дверь. Кстати, он не испытывал ничего подобного при виде женщин вот уже… Господи, это было в последний раз так давно, что он даже не может вспомнить.

Женщины всегда были для него легкой добычей. Даже соперничество с Энтони, когда они наперебой ухаживали за одними и теми же дамами, потеряло свою привлекательность еще до того, как десять лет тому назад он уехал из Англии. Да и соперничали они только ради спортивного интереса. Завоевать какую-то одну определенную леди не имело смысла, когда вокруг было так много женщин.

Но сейчас дело обстояло иначе. Здесь был интерес, и победа сулила нечто неизведанное.

Почему именно, он и сам затруднялся ответить. Его бы не устроила любая женщина, он хотел заполучить именно эту. Возможно, потому, что однажды уже потерял ее, чем был несколько разочарован. Кстати, разочарование уже само по себе было непривычно для него. Может быть, его привлекала тайна в ней. А может, тут играло роль воспоминание о том, как он прикасался ладонью к аппетитной круглой попке, когда выносил девушку из таверны.

Как бы то ни было, но для него теперь стало важным овладеть ею.

Это и объясняло то, что его вдруг покинуло ощущение скуки и на смену пришло возбуждение, которое не позволит ему расслабиться, когда она находится рядом.

Чтобы несколько увеличить расстояние между ним и источником искушения, Джеймс Мэлори подошел к столу посмотреть, что ему принесли на завтрак. В это время раздался стук в дверь, которого он ждал.

— Джорджи?

— Капитан?

Он бросил на нее взгляд через плечо.

— Тебя так зовут?

— О, простите! Да, меня зовут Джорджи.