Я киваю им, и направляюсь ко столу.
Эми не было.
— Нежданчик. — удивился Тима. — Что отмечаем?
— То, что нас наконец сюда впустили. — Майкл засмеялся. — Слишком хорошо для холостяка, тебе так не кажется? — он посмотрел на Рика.
— Не забывай, он у нас конченный перфекционист. — Рик ударил по плечу Майкла.
— Это теперь не холостятская берлога. — намекнул я, открывая бутылку коньяка.
Они уставились на меня.
— Вот те на.. — Рик был в замешательстве. — Только не говори, что..
Я приложил палец к своим губам, кивая головой в сторону кухни.
— Наш Миллер теперь на поводке. — прикольнулся Тима, но под моим испепеляющим взглядом быстро замолчал. — Я теперь один без пары.
— Может ты по мальчикам, брат? — нежно коснулся его руки Майкл, пододвигаясь к нему ближе. — Любишь мужские руки? — Майкл провел рукой по торсу Тимы.
— А может быть. — Тима взял за шею Майкла, изображая, что они целуются.
— Придурки. — пробормотал я себе под нос.
Эми вышла к нам, все сразу замолчали. Она держала в руке бокал вина, прошлась мимо Тимы, остановившись сзади его спины. Наклонилась ближе к его уху.
— Привет, я Эмилия. И я помню, как ты толкал меня из стороны в сторону возле моего дома.
Что она делает?
Следующий был Рик.
— Привет, я Эмилия. И я никуда не уехала, как видишь. Ослушалась тебя.
Да что, чёрт возьми, происходит?
— Привет, я Эмилия. — прошептала она Майклу. — И я не тупая девка, как ты меня назвал на заброшенной электростанции, а девушка твоего лучшего друга.
Она улыбнулась, подойдя ко мне. Встала за спиной, обвив мою шею руками. Я растерянно смотрел на своих друзей. Рик был на грани срыва, его вывести из себя очень легко.
— Ты просил её уехать? — спросил я Рика. — Какого хера?
— Да, просил. Потому что мы не могли смотреть на тебя, как ты убивался по ней пять лет. — его ответ меня убил. Ранил.
Эми села рядом со мной за стол.
— Ты отказывался ездить с нами по клубам.
— Мы хотели вытащить тебя из этого дерьма. — Майкл опустил голову. — Пойми, она не та, которая тебе нужна. И прости, что влезли в твою жизнь.
Я вскочил со стула. Каждый нерв на моем лице напрягся. Я хотел задушить их. Уничтожить.
— Вы.. Вы ни черта не понимаете! Не понимаете, как я выживал эти гребаные пять, сука, лет! — я отпил коньяк прямо из горла бутылки.