Буквально пару секунд они постояли, замерев, а потом тот, который левее, словно бы невзначай пнул соседа. Жеребчик взвизгнул и, в свою очередь, хватанул за гриву стоящую рядом сестренку, удивительно хорошенькую кобылку с аккуратными золотыми копытцами. Она тонко заржала, поднялась на дыбы и одним могучим ударом лишила нас очередного фонтана.
– Вася! – позвала я. – Угомони детей, пока они мне дом не разворотили!
– Фррр! – выступил вперед хозяин стада. Под два метра в холке, с длиннющими бабками, покрывающими пудовые копыта, витым рогом и гривой до земли.
Я улыбнулась и бросилась к нему на шею:
– Вася! Я скучала!
Жеребец опустил голову мне на плечо, потом шутливо цапнул за растрепавшуюся косу и заявил:
– В былые времена, помнится, девы ожидали нас в своем лучшем одеянии. А ты с каждым годом выглядишь все более…
– Ну-ну? – сузила я глаза. – Скажи это! Рискни здоровьем!
– По-ведьмовски, – выкрутился единорог.
– А, не обращай внимания! – отмахнулась я, пропуская между пальцами Васину гриву. Потрясающее ощущение: словно тончайший шелк струится по ладони.
– А ничего, что он с ружьем сидит? – задумчиво скосил глаза единорог. – Он серьезно не понимает, что я его одним ударом контузить могу? Навеки?
– С ружьем?! – ахнула я и резко обернулась.
И бросилась к братцу:
– Алекс, дурак, ты чего с оружием приперся?! Вася ведь может обидеться и больше не прийти!
– Ну так его здесь особо никто и не ждал!
– Я ждала! – всплеснула я руками. – Вася каждую весну уходит в горы Наяран, а осенью возвращается обратно. Он приходит к нам за… медицинской помощью. Я, короче, подлечиваю его табун.
– Единороги неуязвимы, – блеснул познаниями Шурик.
– Тогда за каким надом тебе ружье?
– Здесь особые пули.
– Вот потому я Васе и нужна. Слишком многие желают получить их шерсть и золотую пыль с рогов. Ты ведь прекрасно знаешь, как ценятся эти ингредиенты. К тому же маленькие единороги запросто могут поранить друг друга. А за то, что я их лечу, мне дарят молочные рожки и линялый пух.