Просто они сегодня вернулись домой с отдыха, устали с дороги, и нужно вести себя хорошо. Этим их порадовать.
– Я всегда веду себя хорошо. К тому же, в этом платье я прыгать и бегать не могу.
– Тоже плюс.
И вот теперь Соня старательно улыбалась новым знакомым, не замечая, что мать рядом с ней здорово нервничает. Иван же наблюдал за всем происходящим как бы со стороны, стоял и смотрел. В основном, на девочку. Потому что Соня выглядела настоящей принцессой, и это отчего-то заслоняло все переживания в его сознании.
– Лана, что вы стоите? Проходите, – вдруг засуетилась Тамара Константиновна. Наконец, взглянула на бывшую невестку. – Мы, и правда, так давно не виделись.
– Володь, ты раздобрел, – влезла со своим замечанием Любовь Аркадьевна, и даже хлопнула бывшего родственника по выпирающему животику. Владимир Иванович не возмутился, не удивился, но глянул красноречиво.
– У меня жена готовит хорошо.
– Нашёл оправдание. В нашем возрасте нужно о себе заботиться. О лишнем весе…
– Люба, сядь, наконец, – невежливо прервал её старший Сизых. Тоже на Лану с девочкой глянул. В его взгляде Лана заметила неодобрение, но он пытался его сдержать, изо всех сил.
После неловкой заминки, Тамара Константиновка подошла и Лану обняла. Шепнула той на ухо:
– Ты хорошо выглядишь.
Это был не комплимент, это была попытка поддержать. От мысли, что Ванины родители, как и половина страны, следили за новостями о её разводе по телевизору, стало и вовсе не по себе. Но Лана заставила себя улыбнуться.
– Спасибо. Вы тоже хорошо выглядите. Загоревшие. Как отдохнули?
– Хорошо, хорошо отдохнули… – рассеянно отозвалась бывшая свекровь, а её взгляд снова остановился на Соне, стал обеспокоенным.
– Соня, – с готовностью кивнула та, и вдруг протянула Тамаре Константиновне руку для приветствия, и серьёзно проговорила: – Очень приятно познакомиться.
Лана на дочку посмотрела, сделала страшные глаза и шепнула:"
"– Не настолько хорошо.
Соня моргнула, глянула на Ивана, потом на мать.
– Ты же сама просила.
Захотелось провалиться сквозь пол от стыда и неловкости.