Воевода искал кого-то кто знает вас и может подтвердить новости. Я и вызвался. Так как слышал еще в Любеке о том, что тебя с ребятами наняли шведы.
– Это правда?
– Датчане помирились с испанцами и напали на шведов. Это правда. Сколько продлится война – Бог весть. Но у короля Швеции вряд ли после этого будет хоть одна лишняя монетка в казне, чтобы заплатить вам.
– Не врешь?
– Зачем? Ты меня знаешь. Купеческое слово дорогого стоит. Раз соврешь и больше дел иметь никто не станет.
– Они действительно привели войско?
– Привели.
– И платить готовы?
– Полагаю, что да. В Новгород они прибыли с казной, которую там и оставили на всякий случай. Да с провиантом.
– И сколько они станут платить?"
"– Столько же, сколько и король Швеции. Плюс прокорм. Плюс доля от добычи в Ливонии. Вас ведь нанимают на дело в тех краях. А там много и деревень, и городков, и крепостей. Есть где разгуляться.
– Ты уверен, что они станут платит? Как-то сомнительно. Мне говорили, что московитам доверять нельзя.
– Меня подрядили выступить свидетелем сделки. О чем будет составлена бумага о трех списках. Равных. Одна вам, одна воеводе, одна мне. Государь московитов с недавних пор стал очень щепетильно относится к договорам. Сказывают это нынешний Император Рима его к тому подвигнул.
– Мы можем подумать? – спросил командир у воеводы.
– Нет, – отрезал Шереметьев. – Мы могли бы, воспользовавшись погодой и внезапностью дабы напасть на вас и перебить. Но человеколюбие нашего Государя безмерно, как и богобоязненность.
Командир наемной компании кивнул, принимая ответ и обернулся к своим соратникам-командирам. Вопрос не был задан, но он в этом и не нуждался.
Повисла неловкая пауза.
Все думали.
Сделка интересная. Но репутация. С другой стороны, их бросили без денег, пороха и еды…
Артиллерист пыхнул трубкой и первым кивнул.
– Когда нам заплатят?
– В Новгороде. Как туда доберемся. Там же отдохнете и приведете себя в порядок. Кроме денег, там решим вопрос с ядрами и огненным припасом. Дальше мы будем воевать вместе. Орешек вы должны также сдать старому воеводе.
Командующий скосился на купца ганзейского. Но тот лишь благодушно кивнул, явно довольный исходом сделка.