Ничему не удивляйся, много у него в избе необычного. Сразу за околицей, есть дорожка в лес, вот по ней иди. Она приведет тебя к его жилищу.
Вняв наставлениям бабы Зины, отправился в путь. Погода, можно сказать шепчет. Чувствуется приближение осени. Воздух чистый, я бы сказал, даже немного прохладный. Пахнет сейчас в лесу по-особенному, точно объяснить не могу, осенью пахнет.
Топал я почти два часа, пока не вышел, на небольшую поляну. Взору предстала ухоженная изба солидных размеров, с хозяйственными постройками.
Подошел к двери избы.
— Добрый день, — постучал в дверь. — Гостей принимаете?
Тишина, никто мне на приветствие не ответил. Странно. Баба Зина говорила, что Трифон, почти все время дома находится. Ладно, присяду на лавку, подожду. Ждать пришлось около часа. Из леса показался человек, несший на плечах большую вязанку травы. Я встал и пошел навстречу этому человеку.
— Давайте помогу вам, — обратился я к мужчине, — тяжело ведь.
— Не утруждай себя, — ответил мне самый настоящий, по внешнему виду дед, — я еще не совсем немощен, чтобы не справиться с такой ношей. — А за предложение помощи спасибо.
Дед, подойдя к дому, сбросил вязанку с плеч, расправил спину. Точный возраст, конечно, я определить не смог, но точно ему больше восьмидесяти. Ростом дед был немного пониже меня. Окладистая белая борода, такого же цвета волосы на голове.
— Проходи в дом, — пригласил дед. — Я сейчас развешу травы, а потом поговорим.
— Может я вам смогу помочь, — предложил я в очередной раз. — Как-то неудобно находиться в избе сложа руки, когда хозяин трудится.
— Тогда иди за мной, и прихвати вязанку.
Дед открыл сарай. До меня долетел запах разнотравья. Зашел вовнутрь. От пола и до самого верха, на жердях сушились вязанки трав.
— Вот тут клади, — указал дед место, — веревку развязывай. — Я возьму лестницу. Ты мне будешь подавать травы, они по пучкам рассортированы, смотри не распотроши.
Где-то час Трифон с моей помощью развешивал травы по жердям, что-то беззвучно приговаривая, заметил я это по шевелению его губ.
— Ну, все работу сделали, пошли в дом, — предложил дед. — Квасу попьем, поговорим.