Запускаю большой палец под резинку пижамных штанов и провожу им поперек живота, одновременно покусывая мочку ее уха.
– Zot, – стонет она."
"– Я хочу тебя, – шепчу я и снова касаюсь зубами мочки уха. – И я кусаюсь.
– Edhe unё tё dёshiroj[12].
– А если по-английски?
Я целую ее за ухом и спускаюсь другой рукой ниже, к лобку.
«Она выбрита!»
Алессия застывает, как статуя, и тогда я провожу большим пальцем по клитору. Раз. Другой. Третий. На четвертый она откидывает голову мне на плечо и жалобно стонет.
– О да, – шепчу я, не останавливаясь.
Играю с ней. Возбуждаю. Только пальцами.
Она роняет руки, лифчик падает на пол, и Алессия хватает меня за ноги, вцепляется в джинсы крепкими пальчиками. Зажмурившись, шумно хватает открытым ртом воздух.
– Да, малышка. Вот так.
Я поигрываю зубами с ее нежным ушком, продолжая гладить клитор, и Алессия прикусывает нижнюю губу.
– Tё lutem, tё lutem, tё lutem.
– Переведи.
– Пожалуйста, пожалуйста, – хрипло выдыхает она.
И я даю ей, что она просит.
Ее ноги вздрагивают, и я крепче прижимаю ее к себе.
«Интересно, она знает?»
– Я с тобой, – шепчу я.
Алессия так яростно вцепляется мне в ноги, что они, наверное, скоро онемеют. Она тихо стонет – и вдруг громко вскрикивает. Ее тело конвульсивно вздрагивает, и она бурно кончает.
Алессия обессиленно виснет у меня на руках.
– Ох, Алессия, – тихо говорю я ей на ухо и, сбросив с постели покрывало, укладываю девушку на подушки.
Темные волосы накрывают ее груди темным одеялом, оставив видимыми только темно-розовые соски.
– Ты хоть знаешь, как ты прекрасна? – спрашиваю я, и Алессия отвечает мне ошеломленным взглядом.
– Ua, – шепчет она. – Нет. По-английски. Ну и ну!
Мои джинсы будто уменьшились на несколько размеров. Хочется только одного: содрать с Алессии пижамные штанишки и погрузиться в нее. Но ей нужно время. Не сводя глаз с Алессии, я расстегиваю верхнюю пуговицу и молнию на брюках, высвобождая набухший член.
А может, снять их совсем?
Оставшись в трусах, я сбрасываю джинсы на пол. Делаю глубокий вдох и стараюсь выдохнуть ровно, держа себя в руках.
– Можно к тебе? – спрашиваю я.
Глядя на меня огромными глазами, она кивает, и не дожидаясь дальнейших разрешений, я ложусь с ней рядом, подпирая голову рукой. Я касаюсь длинных темных волос и, восхищаясь их мягкостью, пропускаю, будто шелковистую реку, между пальцев.