Мы ведь не хотим, чтобы ты стала похожа на чернослив?
«Чернослив?» – удивляется Алессия и машинально встает.
Денни набрасывает на нее халат и помогает выйти из ванны.
– Лучше?
Алессия кивает.
– Спасибо, миссис.
– Меня зовут Денни. Я принесла воды, таблетки, лед для твоей головы и крем из арники для щеки – помогает при ушибах. Еще я вызвала доктора, чтобы он осмотрел твой бок. Ложись в постель, отдохни. – Она ведет Алессию к кровати.
– А Максим?
– Его светлость прибудет, как только разберется с полицией. Идем.
– Его светлость?
– Да, милая моя.
Алессия хмурится. Денни тоже сдвигает брови.
– Ты не знала? Максим – граф Треветик.
Глава 22
«Граф Треветик?!» – мысленно ахает Алессия.
– Это его дом, – тихо, будто разговаривая с ребенком, заявляет Денни. – И земля вокруг принадлежит ему. Деревня… – Она осекается. – Он тебе не сказал?
Алессия качает головой.
– Вон оно что… – Денни хмурит белые брови. – Наверняка у него были на то свои причины. А теперь я уйду, и ты сможешь переодеться. Сумка с твоими вещами на стуле.
Алессия кивает, и Денни уходит, закрыв за собой дверь.
Девушка ошеломленно смотрит на дверь, лихорадочно размышляя. Ее сведения о знатных английских родах почерпнуты из двух романов Джорджетт Хейер, которые бабушка тайком провезла в Албанию. На ее родине аристократов нет. Раньше были, но после Второй мировой войны, когда власть в стране захватили коммунисты, вся знать сбежала.
Здесь не так. И мистер Максим – граф…
Нет, не мистер. Он лорд. Милорд.
Почему он ей не сказал?
Ответ болезненным эхом откликается в ушах.
Алессия всхлипывает и кутается в халат, пытаясь защититься от зимних сквозняков и печальной новости.
Почему он не сказал? Да потому что она ему не пара! С ней можно только… От его предательства екает под ложечкой. Задетая за живое нечестностью, девушка утирает набегающие на глаза слезы. Она не хотела смотреть правде в глаза, ведь все так замечательно складывалось… И все-таки в душе подозревала подвох.
С другой стороны, Максим ничего ей не обещал. Он никогда не говорил, что любит ее, а вот она быстро в него влюбилась. И теперь упала с небес на землю.
«Дура. Обманутая, влюбленная дура».
От острой боли Алессия закрывает глаза, горячие слезы стыда и сожаления текут по ее щекам. Она яростно их смахивает. Все, она пробудилась от сладкого сна. Довольно слез! Гнев придает ей сил.