Тяжело дыша, я откидываюсь обратно на стол, закрываю локтем глаза и вцепляюсь пальцами в край столешницы. Холодной, в противовес огню на моей коже.
Жду. Жду. Жду. Живот вздрагивает, ожидая продолжения, мне кажется, это случится в любой момент, но я все равно оказываюсь не готова к тому, что на этот раз огненная капель проливается на мою грудь. Несколько тяжелых острых ожогов и текучая огненная речка извивается, перетекая на ребра.
Шиплю сквозь зубы.
Но тут вслед за каплями, стирая их, повторяя их путь по воспаленной коже, движутся пальцы.
– Горячо? – Заботливо спрашивает он, разводя двумя пальцами половые губы и погружая один внутрь меня.
Еще как горячо! Мое тело, взбудораженное еще не болью, но предчувствием, слишком горячими каплями, становится чувствительным и ждет любого прикосновения, поэтому касание пальцев к клитору подбрасывает мои бедра вверх.
– Олег… – дышу прерывисто. – Пожалуйста…
Пока я и сама не знаю, о чем прошу, но уже спустя несколько мгновений его пальцы так нахально и сладко танцуют у меня между ног, что я знаю. Еще! Еще! Сильнее!
Но он замирает, раскрыв меня одной рукой, и огненная капель проливается на напряженные соски. Каждая капля, как взрыв огненной лавы. Я вскрикиваю, но пальцы между ног раздвигают меня шире, позволяя сквозняку добраться до влажной промежности. Тут холодно, здесь горячо, у меня кружится голова!
Олег склоняется еще ниже.
– Нравится? – Спрашивает Олег, отрываясь от моего рта.
Я только тяжело дышу, не зная, что ему сказать.
Это неожиданно нежно.
– Да… – сиплым шепотом говорю я.
Что мне еще сказать?
– Тогда пожестче, – не спрашивает, но обещает он.
Отстраняется ненадолго, а я ловлю отзвуки паники. Пожестче?!
Открываю глаза, чтобы увидеть, что он делает. Олег снова стоит надо мной, на губах его легкая полуулыбка, а в руках уже черная свеча.