"
"Она ведь тогда абсолютно беззащитная ко мне пришла, а я раздавил ее катком своих обид. Морально уничтожил и посчитал, что так надо. А ведь Майя пошла на это все из реального, животного страха за дочь. Скажи я ей выйти голой на публику, она, вероятно, и это сделала бы, потому что готова была на все, лишь бы вылечить Польку, которая вообще ни в чем не виновата.
Я всего несколько дней с ними побыл, увидел, насколько Майя любит дочку, и все мне про нее стало ясно.
Не кукушка… Очень ответственная мать, любящая.
Нельзя мне было тогда так жестоко с ней. Пусть не я папка, но это ж живое дите. Надо было сразу сообразить, в каком Майя была отчаянии и что стояло на кону. Теперь совесть мучает, хотя ей не признаюсь, конечно. Смотрю на них, и самому себе язык откусить хочется за все те мерзкие слова, что тогда сказал бывшей жене, за то, как себя с ней повел.
Хорошо, что я все-таки включился в эту историю, обеспечил Полине лучшее лечение, какое смог. Иначе даже не знаю, что было бы.
Неожиданно в комнату входит женщина-врач в белом халате.
— Здравствуйте, я ваш анестезиолог, — представляется она.
Майя тут же оставляет дочку, выходит вместе с врачом в коридор — обговорить нюансы предстоящей операции.
Я иду следом, хотя я тут больше как группа поддержки. Свою роль уже выполнил.
Краем уха слушаю, как Майе объясняют, какого типа будет наркоз, сколько будет действовать и как долго малышка будет отходить. Сам же слежу, чтобы Майе не сделалось плохо.
Мне, если честно, самому уже хреново дальше некуда.
Представить не могу, как крошку Польку положат на операционный стол. А главное — что я буду делать, если все пойдет по хреновому сценарию.
Дальше все происходит очень быстро.
Полину увозят на каталке, а Майя замирает в коридоре, перед входом в операционный блок.
— Пойдем, — тяну Майю за руку.
— Куда? — спрашивает она.
При этом делает большие глаза.
— В отель, — пожимаю плечами. — Или хочешь, по городу погуляем. Хотя, как по мне, то лучше в номер.
— С места не сдвинусь, — вдруг заявляет Майя.
— Ты не слышала анестезиолога? Операция будет длиться несколько часов. Ты всерьез хочешь провести это время в коридоре? Тебе все равно сразу позвонят, как все закончится, зачем…
— С места не сдвинусь, — повторяет Майя упрямо. — Мое место здесь.
На это мне остается лишь пожать плечами.