Мне без тебя не жить

Закрыв лицо руками, молодая женщина ходила из угла в угол, стараясь понять, как она могла совершить подобную глупость! Прошедшая ночь стояла перед глазами, а собственные поступки не вызывали ничего кроме раздражения. Хмель затмил рассудок, а тело… Оно предавало свою хозяйку всякий раз, когда Мишель оказывался рядом. Стоило мужу посмотреть на нее своими ореховыми глазами, как по телу пробегала странная дрожь, а сердце начинало учащенно биться. Катерина пугалась своей реакции, предпочитая думать, что оно вызвано ее ненавистью к Мишелю.

Она не могла даже допустить мысли, что это может быть зарождающаяся симпатия с ее стороны. Вот и сейчас Катя винила в произошедшем выпитое вино, а не собственное желание близости супруга. Был бы ее ум трезв и ясен ни за чтобы не допустила этой близости. Единственное, на что надеялась Катюша, так это на то, что её опрометчивость не будет иметь последствий. Если Господу было угодно, чтобы их с Николасом ребенок умер, то у неё и вовсе не будет детей. Не нужен ей ребенок от Мишеля! Не его маленькую копию ей хотелось бы взять на руки, не ему ей хотелось подарить сына. Но Богу было угодно распорядится по своему, не спросив о ее желаниях. Ну что ж, не исправишь того, что случилось, но нужно постараться избежать этого в будущем. Она, конечно, понимала, что как жена, она будет обязана временами делить постель с мужем, но если эта ночь пройдет без последствий, то уж она постарается принять меры, дабы избежать беременности впредь.

Проворная горничная вскоре появилась на пороге и, взглянув на встревоженную барыню, спросила:"

"— Чего изволите, Екатерина Андреевна? — зевнула заспанная девка, закрывая рот ладошкой.

Час нынче был ранний, а хозяйка была уже не в духе.

— В дорогу собирайся, — грубо бросила Катерина, — в столицу поедим!

— Так Михаил Иванович… — начала было горничная, но графиня прервала её:

— Делай как говорят, иначе велю высечь на конюшне, — графиня гневно поглядела на Дашу, в душе злясь на саму себя.

— Как скажите, барыня, — послушно промолвила горничная.

Через час Катюша была готова. Темно-синее платье из тонкой шерсти, меховая шубка в тон, Фрида Марковна превзошла себя. Спускаясь вниз, Катя как всегда крепко держалась за перила. Повсюду стояла суета. Прислуга выносила вещи и собиралась в путь. Вступив на последнюю ступеньку, Катенька неожиданно столкнулась с сердитым взглядом ореховых очей.

Акарчеев сложил руки у груди и следил за тем, как огромные глаза супруги распахнулись, а темные ресницы затрепетали.