— Мишель, mon ami, я как раз собирался к тебе, когда Элен сообщила мне радостную весть! Позволь поздравить тебя с будущим отцовством, — Вержбицкий крепко обнял Акарчеева и легко похлопал его по плечу. Михаил напрягся, внезапно сложив частички событий в едино, наконец осознав, что верховая прогулка Катерины связана именно с этим обстоятельством. Ранее она не часто каталась по окрестностям, да и кобылу выбирала более смирную.
— Поль, спасибо дружище, — пожав другу руку, Мишель хотел поскорее отправиться за женой и свернуть её хорошенькую шейку.
— Не то что бы, — поспешно ответил Павел, заметив изменившееся лицо друга, — я могу приехать в другой день, да и Элен нуждается во мне.
— Буду рад тебя видеть Поль, — распрощавшись с Вержбицким, Михаил не медля не минуты, кинулся в конюшню и, оседлав самого резвого жеребца, поскакал на поиски взбалмошной супруги.
Он гнал лошадь во весь опор, боясь опоздать. Страх пульсировал в каждом вдохе и выдохе. Остановив лошадь на небольшом пригорке, Михаил окинул тревожным взглядом пространство перед собой. Впереди, на линии горизонта, он увидел небольшую точку, что стремительно отдалялась от него. Господи, да Катерина свернёт себе шею! Вновь пришпорив коня, Акарчеев поскакал за женой.
Катя неслась, что есть сил, чувствуя, как ветер бьет в лицо. Бешеная скачка не могла успокоить сильно бьющееся сердце. Она понимала, какой грех берет на душу, но ничего не могла с собой поделать. От вопиющей несправедливости молодая женщина едва сдерживала слезы. Катерина любила Николаса и, что греха таить, до сих пор любит. А этот ребёнок будет лишь помехой, которая навеки свяжет её с Акарчеевым. От невеселых мыслей Катю отвлек топот копыт за спиной. Оглянувшись назад, она увидела разъяренного супруга, что стремительно приближался к ней.
— Остановитесь, мадам! — Взревел Михаил.