— Какого хрена мы продолжаем мусолить эту тему? Ты уже согласилась!
— Я не хочу, чтобы тебя трогала другая девушка.
Жених закатил глаза и протяжно простонал.
— Какая ты нудная, чёрт возьми! Дай мне хотя бы в последний раз нормально оторваться на мальчишнике. Один грёбаный минет — это всё, чего я прошу. Это даже не полноценный секс!
— Ну, тогда я тоже займусь оральным сексом на девичнике. Тебе будет приятно?
— Мне будет всё равно, — отрезал он, и моё сердце сжалось от боли. Картеру по-прежнему на меня плевать.
Снова его манипуляции. Сделай, как я хочу, иначе я тебя не полюблю. Но раньше, чем больше я для Картера делала, тем больше он вытирал об меня ноги. Я всё раздумывала, стоит ли уступить или показать свой характер?
— Откуда мне знать, чем ты там будешь заниматься на своём мальчишнике? Я лично собираюсь просто сходить в бар с девочками.
— Ну а мы пойдём в стрип-клуб.
Я присела на кровать рядом с ним, слегка расстроенная.
— Тиффани, — нежно произнёс Картер, отчего моё сердце вдруг затрепетало. — Я не буду там никого трахать, я же сказал.
— Вдруг ты напьёшься и… — даже говорить не смогла, потому что перед глазами предстала картинка, как он трахает другую девушку на этой самой кровати.
— Я обещаю. Только один грёбаный минет.
— Поклянись, — попросила я.
Знаю, вела себя как ребёнок.
— Клянусь! Всем, что у меня есть. Довольна? — процедил он сквозь зубы.
— Но у тебя ничего нет…
— Тиффани! — рявкнул так, что я вздрогнула. — Как долго ты ещё будешь клевать мне мозг? Каждый раз, когда я думаю, что ты вроде бы неплохая девушка и начинаю к тебе присматриваться, ты заставляешь меня понять, что я ошибался.
Я почувствовала разочарование. Вот значит как. Снова винит во всём меня. Или я и правда слишком навязчивая? Картер ведь уже пообещал.
— Ладно, если это сделает тебя счастливым.
Хотя сделает меня несчастной.
Сердце заныло, но я не стала портить Картеру последний праздник. Ведь после свадьбы он будет полностью принадлежать мне. Это будет последняя жертва, что я принесу, чтобы мы, наконец, могли быть счастливы.
— Так-то лучше, — холодно бросил он.