Он не спешил выдать своё присутствие. Наблюдал за ней, пытаясь понять, что происходит. В нём боролись два чувства. С одной стороны, он сердился, что причиной неисправности часов может оказаться как раз таки эта маленькая лазутчица, а с другой стороны, его разбирал смех. В лёгком платье с открытыми плечами, она была настолько женственной и изящной, что в её руках уместен был бы цветок, но не огромный напильник. И этот милый невинный мотылёк так злостно и настойчиво орудовал инструментом, что столяр бы позавидовал.
Моррис смотрел, злился и восхищался. Это невероятно, но ей шло работать напильником. А может, он просто сильно соскучился, но ему нравилось, как она выглядела. Её щёки раскраснелась, волосы растрепались. И зачем девушки тратят столько времени на прихорашивания и причёски, когда их соблазнительная красота ярче проявляется в живом беспорядке?
Не думал Моррис, что его может распалить работающая напильником девушка. Но Вивьен удалось. Сейчас его маленькая пока-не-жёнушка вкусит разгневанного и распалённого Морриса.
Яна так старательно добывала металлическую пыль, что у неё уже правая рука начала ныть. Попробовать, что ли, поработать левой? Она выпрямилась и в момент, когда перекладывала напильник из одной руки в другую, почувствовала, что в помещении не одна. Холодок пробежал по спине. Сзади кто-то есть. Служитель храма? А может, хуже, — сам настоятель? Она резко развернулась. Нет, не настоятель, ещё гораздо хуже — Моррис. А он-то откуда тут взялся?
Ох, Яна, у тебя проблемы.
Он приближался к ней, так яростно сверкая глазами, что залюбоваться можно. Оказывается, Яна по нему соскучилась и где-то даже была рада видеть. Конечно, надо быть очень отчаянной оптимисткой, чтобы радоваться злющему мужчине, который, по всему видно, сейчас устроит допрос. Но Яне-то чего боятся? У неё вон какой увесистый напильник в руках, а у Морриса из оружия только пылающий взгляд.
— Что вы тут делаете, Вивьен?! — он остановился в полушаге.
Такой кровожадный и почему-то немного весёлый.
— Да вот, — Яна потрясла напильником и с самым невинным видом заявила: — Пришла часы починить. Мне показалось, у них неровный ход.
Придумала на ходу. А что делать? Ей не хотелось рассказывать о том, что собирает ""концентрат времени"" для артефактов. Артефакторы никому не выдают своих секретов. Не зря же Жюль всё делал втихаря.