На осколках разбитых надежд (СИ)

А еще Лена умолчала о том, что когда-то училась в балетном училище. Сказала, что в год начала войны закончила десять классов и планировала поступать в институт в Москве.

— Типичная городская девушка, — резюмировала Биргит. — Тебе действительно очень повезло, что я решила взять тебя. На заводе или в шахте ты бы точно долго не протянула.

Она помолчала некоторое время, а потом сказала жестко и твердо:

— В стенах этого дома я не потерплю ни воровства, ни блуда, ни лжи. Та ложь, что вы якобы сестры, будет первой и последней, которую вы мне сказали.

Это ясно? И запомните — ваше будущее здесь зависит от того, как вы будете вести себя в Розенбурге. Потом вы поймете, что сам Господь улыбнулся вам, когда послал вас работать в замке прислугой.

Ужинали девушки все вместе в кухне вместе с остальными работниками. Именно за столом Лена впервые увидела остальных членов семьи Биргит — мужа Штефана, сутулого лысого мужчину, и сына Рудольфа, десятилетнего светловолосого мальчишку, который, не скрывая любопытства, уставился на русских, как на диковинку.

 Руди настолько увлекся разглядыванием, что не сразу услышал призыв матери, как старшей за столом, к молитве. Лена раньше только в кино видела подобное, но следовать их примеру в отличие от своих подруг не стала. Воспитанная комсомолкой, она твердо знала, что Бога нет, а притворяться ради угоды немцев, как это сделали Янина и Катя после недолгих колебаний, не стала. Особенно когда услышала слова, произнесенные Биргит в завершение молитвы.

— Господи, помоги сыновьям твоим, солдатам нашей доблестной армии, на поле брани и повергни врагов их.

И все же Биргит ничего не сказала, когда после молитвы подняла голову и заметила, что Лена не присоединилась к общей молитве перед едой. Только бросила на нее острый взгляд через стол. А потом Лена поймала на себе предупреждающий взгляд Войтека и вспомнила его слова в библиотеке.

За ужином говорили мало, в основном щебетала Урсула да так быстро, что Лена не всегда понимала ее речь. Сама Лена предпочла наблюдать за своими соседями по столу, тщательно скрывая свой интерес.

Чем быстрее она разберется, кто перед ней, тем проще будет в дальнейшем. Только один раз не удержалась и подмигнула Руди, поймав на себе очередной любопытный взгляд широко распахнутых серых глаз мальчика. И улыбнулась в ответ на его улыбку.

И Биргит, и Айке уходили на ночь из замка. Айке жила в деревне неподалеку от Розенбурга, а Биргит с семьей занимала дом в глубине парка.