Только спустя время, потолкавшись у некоторых столов, она сумела быстро короткими фразами рассказать о том, что группа Ротбауэра выехала в Несвиж усиленным составом.
— Сколько человек? — отрывисто бросил Василек, собирая спешно в короб щетки и баночки с ваксой. И Лена покраснела, понимая, что могла бы сообразить и расспросить об этом Йенса. Вдруг тот знал что-то?
— А! ладно! — махнул рукой мальчик. — Что уж сейчас! Главное, побыстрее добраться до места, до своих.
— Ты сам пойдешь за город? — удивилась Лена.
— Нет, телеграмму дам! — огрызнулся Василек незлобно в ответ и, бросив напоследок короткое «Бывай!», шустро направился к одному из выходов рынка, лавируя среди многочисленных посетителей с огромным коробом на плече.
Лена для вида прошлась по ближним рядам, рассеянно глядя на продукты питания, которые крестьяне, привезли на продажу из своих закромов, или разложенные на простынях товары от обнищавших горожан. Показалось ли ей, что как-то сегодня слишком много на рынке полицейских? Или это обычно для четверга? Хотя странно… будний день…
Лена не успела толком обдумать эту мысль, как вдруг услышала, как усилился рокот голосов, словно волна морская при приближении к берегу.
— Иди! Быстро! — резко приказал немецкий солдат и толкнул Лену себе за спину, где ее тут же подхватили другие руки и передали дальше по цепочке в толпу из подростков и молодых женщин.
"Значит, точно трудовая облава. Немцы всегда отсекали молодых от людей среднего и пожилого возраста, надеясь найти тех, кто все еще уклонялся от работы. Лена опустила руку в сумочку, чтобы быть готовой к проверке, когда немцы будут требовать у согнанной толпы документы на работу. И похолодела вмиг от ужаса, не нащупав бумаг.