Сейчас там от прежнего напряжения не осталось и следа, лишь бескомпромиссная решительность.
– Они тебе ничего не сделают, – уверенно заявил муж. – Я не позволю. Мы прямо сейчас возвращаемся домой.
Домой? Сейчас? Ночью? Да все преступления ночью и происходят! Нет, так спонтанно поступать – самоубийство! Я не любила неожиданности, всегда строила планы, так что сорваться сейчас и уехать для меня было неприемлемо.
– Нет, – запротестовала я. – Только не на ночь глядя. Завтра с утра соберемся и улетим, как и планировали.
– Это не предчувствие, а страх. Страх выходить из этого номера и сталкиваться с окружающим миром. Если думаешь, что завтра он пройдет, ты ошибаешься. Инара, мы возвращаемся в Долноград сейчас.
Я вновь отрицательно качнула головой, и Диаш больше не стал спорить. Он просто молча достал сумки и собрал их. За его действиями я смотрела отстраненно. Муж был прав – меня сковал страх, с которым я не могла бороться. И только безоговорочное доверие мужу заставило меня встать с кровати, переодеться и направиться на выход через черный вход под конвоем Олдо.
"Профессиональные навыки телохранителя не нуждались в лишней проверке. Он действовал четко и был собран. Его уверенность успокаивала меня, и лишь тревожность браслета на руке заставляла оглядываться и бояться каждого шороха в ночном отеле. Метрдотель лично распахнул перед нами двери и проводил до припаркованного карвэла.
– Приятной дороги, эллан Дифаэн, эллана Дифаэн, – обратился он к нам. – Надеюсь, у вас остались приятные впечатления при посещении нашего отеля.
– Да, благодарю, – отозвался Диаш и перевел мужчине чаевые через идентификационный браслет. – Спасибо за все.
– Рад был помочь, – с вежливой улыбкой откликнулся метрдотель и отступил на шаг.
Мы сели в карвэл, Олдо разместился напротив нас в салоне. Ашдон тут же сорвался с места. Лететь было недалеко, но водитель решил перескочить пространство, поэтому секунда в замедленном желеобразном пространстве и мы уже выскочили напротив высокого винтообразного здания.
– Эллана Дифаэн, – обратился ко мне Олдо прежде, чем мы спустились по лестнице. – Я должен просить вас держаться близ меня и беспрекословно слушаться во всем. Только так я могу гарантировать вам полную безопасность.