Уверена, всё разрешится, и ты вернёшься домой с подписанным контрактом и астрономической суммой на создание инновационного техотдела в «Хай-Тех Индастриз». У тебя всё должно получиться. Другие варианты исключены.
— Ты всегда в меня верила, Энн, даже когда у меня опускались руки, и хотелось всё послать к чертям. Львиная доля возможного успеха нашего ай-ти проекта принадлежит по праву тебе. Без тебя и твоей поддержки, я бы до сих пор сидел в частной мастерской, принимая в металлолом разбитые вусмерть лэптопы.
— Не преувеличивай, Эд.
— Спасибо, Энн. Ты даже не представляешь, как мне не хватало именно таких слов и именно от тебя.
— Всё будет хорошо! Ты мне веришь? — как же сложно всё это проговаривать позитивно обнадёживающим, улыбающимся голосом никогда и ни в чём не унывающей музы. И при этом сидеть на раскалённом докрасна жернове, который должен был перетереть тебя в красную пыль в самые ближайшие часы и минуты. Пока сердце рвётся на части, а лёгкие скручивает болезненными спазмами из-за застрявшего в них крика. Пока сидишь в оцепеневшей позе, смотришь в зияющую перед тобой пустоту, вернее даже в бездну, в которую собираешься очень скоро прыгнуть, улыбаясь во весь рот и уже не вытирая с лица беспрестанно катящие по щекам слёзы.
— Верю, Энн! Тебе я верю, как никому другому. Ты же знаешь…
* * * *
Не знаю, или не помню, сколько ещё просидела неподвижным истуканом после звонка Эдварда, пытаясь очухаться и хоть как-то заставить себя думать и «дышать». Но, наверное, было бы лучше, если бы я сдохла. Тогда все сегодняшние проблемы разрешились бы сразу, как говорится, в один щелчок пальцев.
Может оно и хорошо, что я не пыталась думать об этом, представлять, как… снова увижусь с этим черноглазым Дьяволом… Как меня снова проберёт до костей насквозь от его всевидящего и всеподмечающего взгляда.