Увы, но твоя главная проблема заключается в том, что ты… чересчур агрессивно настроена на людей моего типажа. И твоё поведение в ювелирном магазине продемонстрировало это во всей красе. Поэтому, mon papillon, я себя сейчас так и веду. Считай это моим ответным тебе наказанием. Буду надеяться, первым и последним. Так что, повторюсь ещё раз. Сделай со своей стороны всё возможное и невозможное, чтобы успокоиться. Поскольку я хочу увидеть сегодня в своей постели не парализованную и постоянно рыдающую куклу, а живую, эмоционально стабильную и возбуждающе чувственную любовницу.
— В-вы… разве не понимаете, что… что толкаете меня на измену! Против моей воли! Почти насильно!
— Как я уже говорил ранее, я мог подтолкнуть тебя к ней совершенно противоположным способом и, уж поверь мне на слово, ты бы пошла на неё, даже не задумываясь о последствиях. А так… У тебя хотя бы останется ложное убеждение, будто ты делаешь всё это только потому, что тебя заставляют, почти под дулом пистолета.
— И вы, что… сразу же… отпустите меня, как только получите то, что хотите от меня получить?
Он ответил не сразу, резанув мой слух и воспалённые нервы тихим и явно самодовольным смешком.
— Именно, мотылёк. То, что хочу получить. А что конкретно?..
Чёртов сукин сын! Это он меня типа пытался успокоить и подбодрить?
По ходу, он явно не имеет никакого понятия, что нужно для этого делать. Максимум, на что он способен — это доносить до сознания своего оппонента истинную суть своих извращённых хотелок.
— Да! Чуть не забыл! Пожалуйста, не делай никаких высоких причёсок и не заплетай ни во что свои волосы. Просто вымой их чем-то полезным, но без ярко выраженного запаха и оставь распущенными. И никакого нижнего белья.