Хотелось рухнуть обратно на подушки и… закутаться в покрывало с головы до ног, но ни как не подчиняться пока ещё мягким намёкам-предупреждениям хозяина окружающей спальни. К тому же, в отличие от меня, он хотя бы уже успел принять душ и, вполне возможно, даже чем-нибудь подкрепиться.
— Вы меня… напугали…
— И чем же? — он вдруг оттолкнулся от окна и начал делать в сторону кровати неспешные, будто ленивые шаги. И я только сейчас заметила, что на деле было далеко не утро и не вечер. Просто оконное стекло имело функцию автоматического затемнения и поэтому лучи дневного солнца сюда не проникали.
— В-вы… вы на меня смотрели…
Лепные, крупные губы Маннерса дрогнули в знакомой усмешке невозмутимого баловня судьбы и… у меня опять очень сильно ёкнуло сердце. Но, скорее, от чувства смертельной опасности, которую он во мне вызывал… в определённые, как сейчас, моменты. Даже захотелось сжаться ещё сильнее, подтянуть к груди коленки, а на ногах поджать пальцы.
— Я на тебя смотрел всю эту ночь, если ты не успела этого забыть.
Я бы и рада это забыть, но, боюсь, не смогу этого сделать, даже если полностью потеряю память. Тело с подсознанием будут напоминать об этом рядом с этим человеком не менее убойными ощущениями, чем самими картинками из последних воспоминаний. И зря он мне сказал об этом именно сейчас. Потому что… я действительно всё вспомнила. Абсолютно всё! И… временно оцепенела, не в состоянии поверить тому, что это действительно был не сон. Что он действительно всё это со мною вытворял!
Может лучше сменить тему от греха подальше?
— Вы… говорили, что… что отпустите меня.
— Какая же у тебя короткая память, Энн.
Если он сейчас же не остановится и не перестанет ко мне подходить я… я тогда точно закричу! Он уже получил своё сполна. Даже чересчур! Хватит с него! А с меня так и подавно!
Только плевать он хотел на то, что со мной сейчас творилось под прессингом его неумолимого приближения. Это были его владения и принадлежащая ему территория, в пределах которой он мог делать что угодно и сколько угодно, неважно с кем или с чем.
— Ты сегодня получила ещё один штрафной день. И, скажи спасибо, что только день, а не полные сутки.
— О-о… чём вы? — я попыталась напрячь память, но у меня ни черта не вышло. Вообще-то, сложно сосредоточиться на чём-то, когда к тебе подходит полуголый, почти двухметровый мужчина с раскачанной мускулатурой и с пока ещё прикрытым членом немаленьких размеров.